Для определения критериев успешности дел по невыдаче тела умершего родственникам обратимся к анализу решений Европейского суда по правам человека по аналогичным делам.

1. Куштова и другие против России

10 июля 2006 г. Федеральная служба безопасности РФ провела военную операцию в с. Экажево в Назрановском районе Республики Ингушетия. Операция получила широкую огласку в прессе и в последовавших заявлениях сотрудников ФСБ Иса Куштов, родственник заявителей, был назван в числе погибших лиц.

11 июля 2006 г. семья Куштовых посетила морг г. Назрани.  Все они опознали тело своего сына и брата, Исы Куштова. В тот же день первая заявительница потребовала вернуть тело ее сына для захоронения согласно традициям и обычаям ее народа.

Заявители обратились в ЕСПЧ с жалобой о том, что решение государственных органов о невозвращении тела их родственника было незаконным и не отвечало требованию пропорциональности в нарушение статей 3, 8 и 9 взятых отдельно, а также в совокупности со статьями 13 и 14 Конвенции. Они также утверждали, что оспариваемое законодательство нарушает презумпцию невиновности погибшего лица.

25 августа 2006 г. Генеральная прокуратура отказала в удовлетворении требования первой заявительницы о возвращении тела ее сына на том основании, что личность погибших в ходе взрыва 10 июля 2006 г. не была установлена. Первая заявительница обжаловала отказ прокурора вернуть тело ее сына. 12 октября 2006 г. Назрановский районный суд Республики Ингушетия отклонил ее жалобу без рассмотрения доводов заявительницы. 

С 2006 по 2009 гг. заявительница безуспешно пыталась обжаловать в судебном порядке постановление от 11 октября 2006. Ее жалобы не были рассмотрены или были отклонены без рассмотрения по существу обоснованности обжалуемого постановления.

  • ЕСПЧ в своем решении отметил, что отказ властей вернуть тело Исы Куштова со ссылкой федеральное законодательство представлял собой исключение из общего правила и явно лишал заявителей возможности организовать и принять участие в захоронении тела своего родственника, а также узнать место захоронения и в последующем посещать его.

  • С учетом своей прецедентной практики и обстоятельств дела Суд пришел к выводу о том, что рассматриваемая мера являлась вмешательством в  частную и семейную жизнь заявителей по смыслу статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
  • 16 января 2014 г. ЕСПЧ решил, что государство-ответчик обязано выплатить заявителям в качестве компенсации юридических расходов и издержек 7 690 евро, а также сумму налогов, которые могут быть начислены на указанные суммы.

2. Залов и Хакулова против России

Рано утром 13 октября 2005 г. правоохранительные органы города Нальчик, были атакованы группой вооруженных лиц, по-видимому, местными повстанцами. По мнению Правительства, в нападении участвовали более 250 человек. Перестрелка между представителями государства и повстанцами продолжалась до 14 октября 2005 г.

Залов М.Т. ссылается на смерть своего сына Замира Михайловича Залова, родившегося 13 ноября 1978 г. Хакулова М.М. ссылается на смерть ее сына Мурата Абубовича Хакулова, родившегося 26 марта 1978 г. во время перестрелки.

Сразу после нападения заявители по данному делу подали несколько запросов в различные государственные инстанции, включая прокуратуры, с просьбой выдать им тела их сыновей. Большая часть запросов заявителей осталась без ответа.

По утверждениям родственников погибших, которые приняли участие в процедуре опознания через несколько дней после событий 13 и 14 октября 2005 года, трупы хранились в морге и в некоторых других помещениях в совершенно неудовлетворительных условиях. В частности, в помещении был сильнейший запах, и тела погибших были сложены друг на друга.

Государство-ответчик заявило, что девяносто пять тел предполагаемых террористов были кремированы 22 июня 2006 г. Заявители впервые узнали о кремации из Меморандума Правительства по данному делу, хотя  было вынесено соответствующее постановление от 15 мая 2006 г., ни одна копия которого не была представлена родственникам умерших.

Заявители Залов М.Т. и Хакулова М.М. обратились с жалобой в ЕСПЧ о том, что обстоятельства опознания тел их умерших родственников были бесчеловечными и унижающими достоинство, что решение властей не возвращать эти тела их семьям было незаконным и непропорциональным, что является нарушением статей 3, 8 и 9, взятой отдельно и в сочетании со статьями 13 и 14 Конвенции.

  • Рассматривая данное дело, ЕСПЧ не посчитал, что обстоятельства данного дела позволяют прийти к выводу о наличии в страданиях заявителей, которым просто было известно о сложных условиях хранения тел их родственников, аспекта или стороны, которые бы отличали их от эмоциональных страданий, которые неизбежно возникли бы у любого члена семьи погибшего человека в схожей ситуации. Таким образом, Суд не признал нарушение статьи 3 Конвенции.

  • ЕСПЧ признал, что в отношении заявителей имело место нарушение права на уважение частной и семейной жизни, гарантированного статьей 8 Конвенции, в результате вынесения постановления от 15 мая 2006 г.
  • 16 января 2014 г. ЕСПЧ решил, что государство-ответчик обязано выплатить заявителям в качестве компенсации юридических расходов и издержек 5 675 евро, а также сумму налогов, которые могут быть начислены на указанные суммы.
3. Абдулаева против России
Абдулаева Тамара подала жалобу в ЕСПЧ, где рассказала о том, что с 14 по 16 января 2005 г. российские власти проводили спецоперацию, в ходе которой артиллерийскому обстрелу подверглось село Зумсой, Итум-Калинский район, Чечня, после этого в селе была проведена «зачистка», дома некоторых жителей были разграблены, имущество расхищено.

В январе 2005 г. заявительницу вызвали в районный отдел милиции в с. Гойты, Урус-Мартановский район, Чечня. Ей показали копию паспорта ее сына и фотографию трупа, предположительно это был ее сын, Султан Шотович Вагапов. Ей сообщили, что он был убит во время «зачистки» в с. Зумсой в начале 2005 г. По данным властей, сын заявительницы был боевиком, чье тело было доставлено на военную базу в Ханкале.

Заявительница не смогла опознать своего сына по фотографии и попросила разрешения увидеть тело, но безрезультатно.

Все обращения заявительницы с просьбой выдать тело ее сына оставались без ответа до 26 апреля 2005 г., когда военный прокурор прямо сослался ст. 16.1 Федерального закона «О противодействии терроризму» и ст. 14.1 ФЗ «О погребении и похоронном деле» и ответил, что «тела террористов не выдаются для захоронения и место их захоронения не разглашается».

Прокуратур указал на то, что ее сын оказал вооруженное сопротивление во время спецоперации, проведенной 14 января 2005 года, и был убит. При нем были обнаружены автоматом, магазин с патронами и рюкзак с его личными вещами.

Абдулаева оспорила решение военного прокурора от 26 апреля 2005 г. в суде. 19 декабря 2005 года Урус-Мартановский городской суд оставил в силе решение о невыдаче заявительнице тела ее сына для захоронения. Решение первой инстанции было оставлено в силе Верховным судом Чеченской Республики кассационным определением от 30 мая 2006 г.

  • ЕСПЧ в своем решении отметил, что отказ властей вернуть тело Султана Вагапова со ссылкой на федеральное законодательство представлял собой исключение из общего правила и явно лишал заявительницу возможности организовать и принять участие в захоронении тела своего родственника, а также узнать место захоронения и в последующем посещать его. В результате вынесения постановления от 26 апреля 2005 г. имело место нарушение права заявительницы на уважение частной и семейной жизни, гарантированного статьей 8 Конвенции.

  • С учетом своей прецедентной практики и обстоятельств дела Суд пришел к выводу о том, что рассматриваемая мера являлась вмешательством в  частную и семейную жизнь заявителей по смыслу статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
  • 16 января 2014 г. ЕСПЧ решил, что государство-ответчик обязано выплатить заявителям в качестве компенсации юридических расходов и издержек 6 289 евро, а также сумму налогов, которые могут быть начислены на указанные суммы.

Итак, рассмотренные дела Европейского суда по правам человека о невыдаче тела умершего родственника приводят к следующим выводам об их приемлемости:

  • Исчерпание внутренних средств правовой защиты по делу; оспаривание решений государственных органов в срок.

  • Соблюдение 6-ти месячного срока для обращения в Европейский суд. Как правило, шестимесячный период начинается с даты принятия окончательного решения в процессе исчерпания внутренних средств правовой защиты.

  • Продолжительные попытки добиться положительного решения государственных органов в свою пользу.

  • Заявители должны следить за ходом своего дела и своевременно реагировать на те или иные заявления от государственных органов.

  • Заявители должны продемонстрировать определенный уровень активности и инициативы и подать жалобу без необоснованной задержки; оперативность играет большую роль.