РЕШЕНИЕ ПО ВОПРОСУ
ПРИЕМЛЕМОСТИ
Жалобы №74237/01
поданной
Асмарт Магомедовной
БАЙСАЕВОЙ
Против России
Европейский Суд по Правам
Человека (Первый Отдел) на заседании Палаты, проведенном 1 декабря 2005 года в
составе:
Судей:
Г-н С.Л. Розакис (Президент)
Г-жа Е. Стайнер
Г-н К. Хаджиев
Г-жа С. Ботоучарова
Г-н А. Ковлер
Г-н Д. Спиельманн
Г-н С.Е. Джебенс,
И Регистратора Отдела г-на
С.Ниельсена,
При рассмотрении указанной выше жалобы, поданной в Суд 20
сентября 2001 года, Суд принял во внимание то, что данной жалобе был присвоен
статус приоритетной в соответствии с Правилом 41 Правил Суда, а также
Принимая во внимание
комментарии, представленные в Суд Правительством Государства-Ответчика и комментарии,
представленные в Суд Заявительницей, и после проведения обсуждения, Суд принял
следующее решение:
ФАКТЫ:
Заявительницей по данной жалобе является
Асмарт Магомедовна Байсаева, 1958 года рождения. Заявительница является
гражданкой Российской Федерации и проживает в селении Побединское Грозненского
района Чеченской Республики. Ее интересы в Европейском Суде представлены
организацией Стичинг Правовая Инициатива по России (СПИР), базирующейся в
Нидерландах и имеющей представительство в России. Правительство
Государства-Ответчика представлено в Суде г-ном П.А. Лаптевым, являющемся
Уполномоченным Российской Федерации в Европейском Суде по Правам Человека.
А. Обстоятельства дела
Фактические обстоятельства
данного дела частично оспариваются сторонами и могут быть суммированы следующим
образом.
1. «Исчезновение» мужа Заявительницы
Заявительница проживает в селении Побединское
Грозненского района Чеченской Республики. Муж Заявительницы, Шахид Радуевич
Байсаев, 1939 года рождения, работал в селе Подгорное (также известное под
названием Собачевки) механиком в муниципальном автотранспортном предприятии.
Заявительница была замужем на протяжении 25 лет, и у нее и Шахида Байсаева было
пятеро детей.
2 марта 2000 года муж Заявительницы отправился
на работу приблизительно в 6 часов 30 минут утра. Дорога в село Подгорное
пролегала через блок пост российских вооруженных сил, который в то время был
известен как блок пост №53, и рядом с которым дислоцировалось военное
формирование.
Около 10 часов утра того же дня Заявительница
услышала звуки выстрелов и взрывов, доносившиеся со стороны дороги. Она вышла
наружу и увидела, что конвой военных автомобилей подвергся атаке. Позднее она
узнала, что нападение было совершено на конвой ОМОНа (Отряда Милиции Особого
Назначения) из г. Сергиева Посада Московской области. Перестрелка продолжалась
приблизительно до 1 часа дня. Позднее стало известно, что конвой был по ошибке
обстрелян другим подразделением российских федеральный войск, в частности,
отрядами ОМОНа из г. Подольска и из Свердловской области. В результате
перестрелки 20 военнослужащих были убиты и более 30 были ранены. В тот же самый
день, по окончании перестрелки, была проведена военная операция по «зачистке»
села Подгорное, из которого начался обстрел по конвою.
Во время перестрелки и после нее, до
самой ночи, блок пост №53 оставался закрытым, и дорога на село Подгорное была
перекрыта. Заявительница оставалась в 500 метрах от блокпоста вплоть до 8 часов
вечера, но так и не смогла пройти в село Подгорное. В тот вечер ее муж не
вернулся домой. С тех пор она его не видела.
На следующий день, около 5 часов утра,
Заявительница пришла к блок посту и увидела последствия перестрелки случившейся
накануне: сожженные автомобили конвоя военных, тела убитых солдат и лужи
крови. В тот же самый день и в последующие дни Заявительница опросила
множество свидетелей, пытаясь выяснить, что случилось с ее мужем. Она не
сохранила записей о проведенных ею беседах, так как она и не думала в то время,
что они могут впоследствии ей пригодиться.
Со слов свидетелей Заявительница
поняла, что в результате проведенной операции по зачистке российскими военными
было задержано значительное число жителей, более 50-ти человек. Все задержанные
были доставлены в Старопромысловский Временный Отдел Внутренних Дел (ВОВД).
Один из свидетелей сказал Заявительнице, что видел, как в селе ее мужа, Шахида
Байсаева, задержали российские военные. По словам свидетеля, ее муж страдал от
боли, так как его, по всей видимости, избили.
4 марта 2000 года Заявительница встретилась
с рядом мужчин, которые были задержаны 2 марта 2000 года в селе Подгорное, и
которые были позднее отпущены. Они опознали мужа Заявительницы по фотографии, и
подтвердили, что его задержали солдаты на блок посту №53, после чего его
куда-то увезли. Они не видели его в ВОВД, в расположение которого были
доставлены сами.
Другие свидетели сказали Заявительнице
о том, что ее муж, по окончании работы в селе Подгорное, возвращался домой.
Однако солдаты не дали ему пройти через блок пост из-за происшедшей ранее
перестрелки. Он вернулся в Подгорное, где его задержали во время проведения
операции по зачистке села. Во всей видимости, муж Заявительницы, стал
свидетелем убийства российскими солдатами двух братьев О., и попытался
вмешаться в происходившее на стороне братьев. В результате солдаты избили его,
надели ему на голову мешок и увезли его в неизвестном направлении. В сентябре
2000 года местная администрация села Подгорное выдала Заявительнице справку о
том, что братья О. были убиты 2 марта 2000 года во время проведения в селе
операции по зачистке. Заявительница показала, что позднее, она нашла дом
братьев в селе. Дом был закрыт и заброшен. Местные жители рассказали ей, что
отец братьев был убит приблизительно за месяц до проведения операции по
зачистке неизвестным стрелком. Их мать после гибели своей семьи перенесла
тяжелое психическое расстройство. Заявительнице не удалось найти родственников
братьев О.
Еще один свидетель рассказал
Заявительнице о том, что видел ее мужа, который был в крови, на блок посту №53,
во время перестрелки.
Заявительница попыталась выяснить на
блок посту №53 о том, задерживался ли там ее муж. Однако солдаты сказали ей о
том, что состав военнослужащих на посту сменился на новый, и поэтому им ничего
не известно о задержанных.
Правительство в своем Меморандуме от 28
апреля 2004 года указало, что было установлено, что 2 марта 2000 года в селе
Подгорное имела место перестрелка, в которой принимали участие подразделения
федеральных сил, и в результате которой погибли военнослужащие ОМОНа из г.
Сергиев Посад Московской области. Незамедлительно, сразу же по окончании
перестрелки, в селе Подгорное была проведена специальная операция для
установления членов незаконных вооруженных формирований, принимавших участие в
засаде и нападении на представителей федеральных сил. Задержанные были
доставлены в Старопромысловский ВОВД. Однако Шахид Байсаев не числился в
списках задержанных. Его имени также не было в списках задержанных и
доставленных в расположение других Отделов Внутренних Дел на Северном Кавказе.
2. Поиски
Шахида Байсаева и расследование уголовного дела
Начиная со 2 марта 2000 года Заявительница
неоднократно обращалась в прокуратуры различных уровней, в Министерство
Внутренних Дел, в местные органы власти и управления в Чечне, к Специальному
Представителю Президента Российской Федерации по Соблюдению Прав и Свобод
Человека. Заявительница предоставила ряд копий писем, направленных ею в органы
государственной власти, в которых она излагает обстоятельства исчезновения
своего мужа и просит предоставить ей информацию о ходе расследования и оказать
помощь в его поисках. Она также лично обращалась в прокуратуру г. Грозного
(куда ей приходилось идти пешком, несмотря на расстояние в 35 км. в одну
сторону), В Старопромысловский ВОВД и в главную военную базу российских
федеральных сил в Ханкале.
Заявительница получила из официальных
органов незначительное количество имеющей значение информации относительно
расследования исчезновения ее мужа. Ей неоднократно направлялись копии писем,
уведомлявших ее о том, что направленные ею запросы переданы для рассмотрения в
прокуратуру г. Грозного.
3 марта 2000 года Заявительница лично
обратилась в Старопромысловский ВОВД и встретилась с его начальником, г-ном Д.
Тот вызвал одного из сотрудников, который подтвердил, что видел указанного на
фотографии человека, а именно мужа Заявительницы. Однако, по его словам, тот не
был доставлен в ВОВД. Он сказал Заявительнице о том, что ее муж будет доставлен
в ВОВД 7 марта 2000 года в 11 часов утра и отпущен. 7 марта 2000 года
Заявительница вновь пришла в ВОВД и прождала там до 5 часов вечера, однако не
получила никаких известий о своем муже. Позднее ей сказали, что офицер Д.
выехал из Чечни в связи с окончанием срока своей служебной командировки в
данном регионе.
4 марта 2000 года Заявительница лично
обратилась к следователю прокуратуры г. Грозного, который, по всей видимости,
вел расследование уголовного дела об убийстве братьев О. С просьбой помочь ей
в поисках мужа.
8 марта 2000 года Заявительница
обратилась к начальнику Старопромысловского ВОВД и к главе Старопромысловской
районной администрации с просьбой оказать ей помощь в поисках мужа.
16 марта 2000 года Заявительница
попыталась пройти в расположение военной прокуратуры в Ханкале, однако ей не
позволили войти туда.
30 марта 2000 года Заявительница
обратилась с письмом в прокуратуру г. Грозного, к военному коменданту Чечни, к
Военному Прокурору Республики, к мэру г. Грозного с просьбой предпринять меры
по установлению местонахождения ее мужа.
31 мая 2000 года прокуратура Чечни
обратилась с письмом к главе Управления МВД Чечни с просьбой организовать
поиски 30 пропавших без вести человек, запросы о проведении которых были
получены от их родственников, включая Заявительницу. В письме содержалась
просьба проинформировать о результатах предпринятых поисков. Копия данного
письма была направлена Заявительнице.
1 июня 2000 года Заявительница лично
обратилась в прокуратуру г. Грозного. Следователь поговорил с ней и попросил ее
прийти снова через две недели. Когда Заявительница вернулась в указанное время
в прокуратуру, он сказал ей, что ее муж был задержан военнослужащими
Подольского ОМОНа 2 марта 2000 года и доставлен в расположение их базы у села
Подгорное в тот же день, между 12 и 2 часами днями. Он также сказал Заявительнице
о том, что существует видеозапись, подтверждающая данную информацию.
Прокуратура г. Грозного возбудила уголовное дело по признакам состава
преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ (похищение). Заявительница
показала, что следователь, с которым она разговаривала, не работал в
прокуратуре уже в сентябре того же года, и, что после того, как расследование
было передано другому следователю, в нем не было сделано никакого прогресса.
28 июня 2000 года Заявительница
обратилась к Специальному Представителю Президента Российской Федерации по
Соблюдению Прав и Свобод Человека в Чеченской Республике, а также к прокурору
Чечни. Она просила предпринять меры для установления местонахождения ее мужа и
сообщить ей о полученных результатах.
Принимая во внимание то, что
Заявительнице не удалось получить известий о своем муже, и, учитывая
обстоятельства его задержания, она пришла к выводу о том, что его нет в живых.
Она начала поиски его тела в местах захоронений погибших во время военного
конфликта.
До 5 мая 2000 года Заявительница
неоднократно, совместно с сотрудниками Старопромысловского ВОВД и Министерства
по Чрезвычайным Ситуациям, посещала местность, расположенную возле блокпоста
№53, откуда ими было перевезено более трех десятков тел.
Заявительница также ездила с
сотрудниками ВОВД и в другие места доставки тел, которые, по всей видимости,
были сброшены представителями федеральных сил и позднее обнаружены. Она также
посетила другие населенные пункты, включая села Комсомольское и Знаменское.
Заявительница утверждает, что ею было осмотрено более 400 трупов, однако, она
так и не нашла тело своего мужа.
3. Видеопленка и фотографии Шахида Байсаева
В начале августа 2000 года (точная дата
неизвестна), около 5 часов вечера, Заявительница шла домой. По дороге, недалеко
от блокпоста №53, возле нее остановился белый автомобиль марки Жигули.
Находившийся в машине мужчина, который был в камуфляжной форме одежды и с
маской на лице, приказал Заявительнице стать на колени спиной к машине. При
этом он говорил по-русски и без какого-либо акцента. После того, как
Заявительница подчинилась, он сказал ей, что если она желает узнать о том, кто
стоит за исчезновением ее мужа, она должна принести ему 5 тысяч рублей на
следующий день.
Заявительница собрала деньги. На
следующий день она увидела ту же самую машину на том же самом месте.
Заявительница утверждает, что на этот раз в машине был другой человек. Он
показал ей на маленьком телевизоре, установленном в машине, отрывок из
видеозаписи, на котором Заявительница узнала своего мужа. На записи было видно,
что ее муж Шахид Байсаев, лежит на земле, его пинает солдат и приказывает ему
встать, и его ведут под конвоем военные. Солдаты разговаривают с ним грубым и
агрессивным тоном, используя нецензурную брань и угрозы. Видеозапись была
датирована днем его задержания, а именно 2 марта 2000 года. После того, как
Заявительница отдала деньги, неизвестный передал ей фотографии, сделанные на
основе видеозаписи. Он также дал ей нарисованную от руки схему 4-х захоронений,
включая и то, где находилось тело ее мужа. Заявительница попросила видеозапись,
но ей было сказано, что за нее ей придется заплатить 1000 долларов США. Ей
также было сказано о том, что прокуратуре известно о существовании данной
видеозаписи, и что ей даже присвоен порядковый номер 49030.
На следующий день Заявительница лично
обратилась в прокуратуру г. Грозного и переговорила с одним из следователей.
Она передала ему схему и рассказала о видеозаписи, на которой ее муж был снят
после своего «исчезновения». Следователь подтвердил, что ему было известно о
данной видеозаписи, и что, скорее всего, ее копия находится в прокуратуре
Чеченской Республики.
Неделей позднее Заявительнице удалось выкупить
видеозапись. Ей пришлось заплатить за нее 1000 долларов. Встреча была
организована аналогичным образом- белый автомобиль Жигули остановился на
дороге, и Заявительница переговорила с находившимся в нем человеком.
Видеозапись (копия которой наряду с расшифровкой содержащегося на ней текста
была предоставлена в Суд) длится около 3-х минут. На ней показана группа,
состоящая из нескольких десятков солдат в камуфляже и с оружием, которые идут
через поле. Они пересекают железную дорогу и низкий барьер. Затем камера
поворачивает и показывает единственного представителя гражданского населения, по
направлению к которому идут солдаты, и в котором Заявительница узнала своего
мужа. В начале он лежит на земле. Один из солдат пинает его и приказывает ему
встать. Солдаты обращаются к нему с угрозами, прибегая к нецензурной брани. На
нем темно-коричневая дубленка и желтая меховая шапка, его одежда в грязи.
Несколько солдат ведут его по направлению к частично разрушенным зданиям, где
собирается все большее количество полностью вооруженных солдат. Муж
Заявительницы на пленке снят на протяжении около полутора минут, после чего
камера поворачивает и продолжает снимать солдат (которые, по всей видимости,
возвращаются с выполнения задания), по крайней мере, с 6-ю телами на носилках,
некоторые из которых покрыты покрывалами, а другие нет. Также на пленке виден ряд
военной техники, часть из которой сожжена, и автобус.
4. Дальнейшее расследование
23 августа 2000 года Заявительница совместно
со следователем прокуратуры г. Грозного направилась в указанное на схеме место
захоронения. Место находилось в расположении места дислокации военных, у
блокпоста №53. Военные не разрешили им туда пройти.
7 сентября 2000 года прокуратура г.
Грозного проинформировала Заявительницу о том, что в ходе расследования не были
установлены лица, несущие ответственность за похищение ее мужа. Однако,
несмотря на это, следствием продолжают предприниматься соответствующие меры.
10 сентября 2000 года прокуратура
Чеченской Республики проинформировала Заявительницу о том, что следствие по
уголовному делу проводится прокуратурой г. Грозного. По данным ею устным
показаниям о возможном месте захоронения тела ее мужа, будет проведена
проверка.
19 сентября 2000 года прокуратура г.
Грозного проинформировала Заявительницу о том, что расследование уголовного
дела о похищении ее мужа неизвестными лицами в камуфляжной форме одежды, было
приостановлено 14 сентября 2000 года в связи с не установлением подозреваемых в
совершении преступления.
20 сентября 2000 года администрация
села Побединское выдала Заявительнице справку, подтверждающую то, что она
действительно обращалась в данную администрацию 3 марта 2000 года в связи с
задержанием ее мужа во время проведения операции по зачистке 2 марта 2000 года
после «засады на Московский ОМОН». Справка подтверждала, что операция по
зачистке села была проведена 2 марта 2000 года, между 12 и 2:30 часами дня.
В конце сентября 2000 года (точная дата
не известна) Заявительница совместно со следователем прокуратуры г. Грозного
г-ном М. и в сопровождении сотрудников милиции вновь прибыли на место
предполагаемого захоронения. Им разрешили войти в расположение территории
военных, однако следователь отказался начать поиски, по всей видимости, в связи
с тем, что место не было указано точно, и территория поиска была слишком
большой.
9 октября 2000 года Генеральная
Прокуратура России проинформировала Заявительницу о том, что ее запрос
относительно незаконного задержания ее мужа, был направлен для рассмотрения в
прокуратуру Чечни.
29 октября 2000 года и 3 декабря 2000
года прокуратура Чечни направила запросы Заявительницы относительно незаконного
задержания ее мужа на рассмотрение по существу в прокуратуру г. Грозного.
23 ноября 2000 года МВД России
направило запрос Заявительницы на рассмотрение в Управление МВД по Чечне.
9 декабря 2000 года военный прокурор
в\ч 20102 направил запрос Заявительницы об установлении местонахождения ее мужа
на рассмотрение начальнику Грозненского РОВД в связи с тем, что ответы на
поставленные в запросе вопросы находятся вне компетенции военной прокуратуры.
В марте 2001 года правозащитная
организация Хьюман Райтс Вочт опубликовала доклад: «Грязная война в Чечне:
насильственные исчезновения, пытки и массовые казни», в котором Шахид Байсаев
был указан как жертва «насильственного исчезновения» после задержания
российским федеральными военнослужащими.
23 апреля 2001 года прокуратура г.
Грозного направила Заявительнице письмо с изложением хода расследования по
уголовному делу №12048. В нем указывалось, что 10 мая 2000 года прокуратурой
было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 126 УК РФ. Расследование было начато
в связи с фактом задержания Шамида (должно быть – Шахида) Байсаева неизвестными
лицами в камуфляжной форме одежды 2 марта 2000 года около 12 часов дня у села
Подгорное. Предпринятыми в ходе расследования мерами местонахождение Байсаева
установлено не было. Расследование было приостановлено и позднее
возобновлялось, без указания даты принятия соответствующих процессуальных
решений.
В апреле 2001 года Объединенная Рабочая
Группа по Чечне, состоявшая из членов Парламентской Ассамблеи Совета Европы и депутатов
Государственной Думы России доложила о том, что расследование уголовного дела о
похищении Шахида Байсаева продолжается. О достигнутом в ходе расследования
прогрессе не сообщалось.
28 июня 2001 года районный суд г.
Грозного удовлетворил иск Заявительницы о признании ее мужа без вести
пропавшим.
17 августа 2001 года организация Хьман
Райтс Вотч направила копию выкупленной Заявительницей видеопленки в Генеральную
Прокуратуру России.
Осенью 2001 года Заявительница вновь
обратилась в прокуратуру г. Грозного. Она просила прокуратуру возобновить
расследование по уголовному делу об исчезновении ее мужа, установить
изображенных на видеопленке лиц и получить их показания относительно
обстоятельств задержания и исчезновения ее мужа.
29 ноября 2001 года Заявительница
узнала в прокуратуре г. Грозного о том, что расследование уголовного дела о
похищении ее мужа вновь приостановлено.
7 декабря 2001 года Заявительница вновь
обратилась с письмом в прокуратуру г. Грозного. Она просила возобновить
расследование по делу и провести осмотр предполагаемого места захоронения.
8 декабря 2001 года Заявительница
вместе со следователем прокуратуры г. Грозного Леушевым направилась в
расположение блок поста №53. Там они нашли здание, к которому солдаты вели
Шахида Байсаева на видеозаписи. В здании они нашли ряд предметов одежды и
человеческую кость. В одном из мест, возле дерева, земля просела, и следователь
предположил, что там может находиться предполагаемое захоронение. Они начали
копать и вскоре обнаружили кусок коричневой ткани, похожий на кусок сгнившей
дубленки. На данной стадии следователь и эксперт-криминалист прекратили
раскопки, забрали с собой найденные ими объекты и договорились с военными о
том, что они придут на следующий день с видеокамерой. Заявительница вернулась
домой на маршрутном автобусе.
9 декабря 2001 года в дом Заявительницы
прибыли следователи прокуратуры г. Грозного и попросили ее проехать с ними в
прокуратуру. Заявительница согласилась, думая о том, что ей надо будет
участвовать в процедуре опознания мужа. Однако по пути в прокуратуру ей
сказали, что за день до этого, машина, в которой ехали следователь Леушев и
эксперт-криминалист, была взорвана по пути в прокуратуру. В результате взрыва
оба были убиты. О данном инциденте сообщалось в российских средствах массовой
информации.
По прибытии в прокуратуру г. Грозного
Заявительницу привели в кабинет, в котором находились два сотрудника
прокуратуры, которые представились только по именам как Михаил и Захарий. Они
предположили, что Заявительница причастна к взрыву машины сотрудников
прокуратуры. Они сказали ей не настаивать на дальнейшем расследовании и
прекратить поиски тела мужа под угрозой ее личной безопасности и безопасности
ее детей. Заявительница, которая восприняла данные угрозы как реальные, прекратила
на некоторое время всякие контакты с правоохранительными органами.
Правительство указывает в своем
Меморандуме, что прокуратура г. Грозного возбудила уголовное дело №17113 по
факту террористической атаки 8 декабря 2001 года. 8 февраля 2002 года предварительное
следствие по делу было приостановлено в связи с не установлением подозреваемых
в совершении преступления.
4 апреля 2003 года Заявительница
обратилась с письмом в прокуратуру г. Грозного. В нем она просила предоставить
ей информацию о ходе расследования похищения ее мужа, и признать ее и членов ее
семьи потерпевшими по уголовному делу. Она также просила сообщить, в чьем
производстве находится данное уголовное дело. На данное письмо она не получила
ответа.
17 апреля 2003 года СПИР, действуя от
имени Заявительницы, обратилась с запросом с прокуратуру г. Грозного о
признании Заявительницы потерпевшей по уголовному делу и предоставлении ей
информации о ходе расследования.
24 июля 2003 года СПИР обратилась с
жалобой в Генеральную Прокуратуру Российской Федерации на отсутствие ответов на
обращения Заявительницы со стороны прокуратуры г. Грозного. В тот же самый день
СПИР направила повторное письмо, аналогичное письму от 17 апреля 2003 года, в
прокуратуру г. Грозного.
15 августа 2003 года прокуратура г.
Грозного направила письмо СПИР, в котором говорилось, что в ходе расследования
уголовного дела №12048 было установлено, что вечером 2 марта 2000 года Шахид
Байсаев был задержан во время перестрелки у села Подгорное. Он был ранен и
увезен неизвестными лицами в неизвестном направлении. Предварительное следствие
по делу было приостановлено в связи с не установлением подозреваемых в
совершении преступления. К письму прилагалось постановление о признании
Заявительницы потерпевшей по уголовному делу от 15 января 2002 года, на котором
имелась ее подпись.
Из предоставленных в Суд документов
следует, что предварительное следствие по уголовному делу о похищении Шахида
Байсаева приостановлялось и возобновлялось пять или шесть раз. Расследование
проводилось в начале прокуратурой г. Грозного, а затем прокуратурой
Старопромысловского района. Предварительным следствием не были установлены
лица или воинское подразделение, ответственные за похищение, обвинение по делу
предъявлено не было (см. ниже часть Б, в которой содержится описание
документов, содержащихся в материалах уголовного дела). В своем Меморандуме от
28 апреля 2004 года Правительство Российской Федерации сообщает, что
расследование по уголовному делу продолжается.
Заявительница утверждает, что в 2003 году
она несколько раз встречалась с работником прокуратуры г. Грозного у здания
суда Заводского района, который публично обзывал ее «убийцей» и обвинял в
причастности к смерти двух сотрудников прокуратуры в декабре 2001 года. В
результате этого Заявительница подверглась тяжким нравственным переживаниям.
Заявительница также утверждает, что 22
марта 2004 года следователь прокуратуры Старопромысловского района навестил ее
дома, где попросил ее подписать документ, подтверждающий, что она не получала
никаких угроз после подачи жалобы в Европейский Суд по Правам Человека.
Заявительница, в силу оказанного на ее давления, согласилась подписать документ
следующего содержания: «Когда я подала жалобу в Суд в Страсбурге, мне никто не
угрожал».
Заявительница утверждает, что страдает
от заболевания сердца еще со времен первой военной компании в Чечне 1994-1996
г.г., когда были убиты ее дочь и невестка, а ее сын был ранен в результате
взрыва снаряда. В это время Заявительница пережила первый сердечный приступ. 2
ноября 1999 года Заявительница была ранена в ногу. С момента «исчезновения» ее
мужа, здоровье Заявительницы значительно ухудшилось, и теперь ей необходимо
постоянное лечение и инъекции. 13 февраля 2004 года у Заявительницы случился
инсульт. Она страдает от беспокойства, тревоги и бессонницы. Заявительница
не предоставила в Суд никаких медицинских документов.
5. Процессуальные
действия, направленные на получение задолженности по заработной плате Шахида
Байсаева
Заявительница пыталась получить задолженность
по заработной плате своего мужа за 1998-1999 г.г. по месту его работы, у
Старогрозненского Транспортного Управления.
26 апреля 2001 года прокуратура
вмешалась от имени Заявительницы, потребовав от муниципального предприятия в
селе Подгорное, в котором работал ее муж, выплатить Заявительнице задолженность
по заработной плате ее мужа.
В 2003 году Заявительница обратилась в
Старопромысловский, а затем в Заводской районный суд с иском о взыскании
задолженности по заработной плате. Она также просила удовлетворения заявленных
ею не материальных требований, в связи с тем, что ее муж исчез по дороге с
работы. В июне 2003 года Временное Управление по Обработке Нефтепродуктов в
Чечне выдало справку, подтверждающую то, что задолженность по заработной плате
Шахида Байсаева в Старогрозненском Транспортном Управлении составила 26 478
рублей (около 763 евро).
Как следует из предоставленных
материалов, 26 сентября 2003 года суд Заводского района вынес решение,
обязывающее ОАО Грознефть выплатить, как следует из материалов, Заявительнице
сумму в 26 478 рублей.
2 октября 2003 года директор ОАО
Грознефть проинформировал суд о том, что их компания была создана в ноябре 2000
года, и поэтому не несет ответственности по долгам Старогрозненского
Транспортного Управления, который являлся частью ликвидированной организации
Грознефть. Все требования должны предъявляться властям, ответственным за
процедуру ликвидации предприятия.
6 октября 2003 года суд Заводского
района Грозного отменил свое решение от 26 сентября 2003 года и пояснил Заявительнице,
что она должна подать иск в порядке гражданского судопроизводств для взыскания
задолженности по заработной плате мужа.
Б. Документы, представленные в Суд сторонами
1. Документы из материалов уголовного дела
Правительство предоставило в Суд часть
материалов уголовного дела №12048, представляющие собой три тома. Правительство
указало, что только данные документы были предоставлены им из Генеральной
Прокуратуры России. Указанные документы могут быть суммированы следующим образом:
А) Постановление о возбуждении уголовного дела
10 мая 2000 года следователь прокуратуры г.
Грозного возбудил уголовное дело по похищению Шахида Байсаева неизвестным
лицами в камуфляжной форме одежды 2 марта 2000 года в селе Подгорное. В
постановлении содержится ссылка на ч. 1 ст. 126 УК РФ (похищение).
Б) Показания Заявительницы
В предоставленных в Суд материалах содержится
письмо Заявительницы от 30 марта 2000 года, направленное ею в прокуратуру г.
Грозного с изложением подробностей исчезновения ее мужа и изложением просьбы о
помощи в его поисках.
29 июня 2000 года Заявительница была
допрошена в качестве свидетеля. Она повторно изложила известные ей
обстоятельства задержания мужа военнослужащими и подтвердила, что не получала
от него никаких известий.
8 сентября 2000 года Заявительница была
вновь допрошена. Она дала подробные пояснения о похищении ее мужа, которые
основывались на показаниях свидетелей его задержания. В соответствии с данными
ею показаниями, ее мужа усадили в БТР и доставили на блок пост №53, охраняемый
ОМОНом. Заявительница дала показания относительно своего разговора с г-ном Д.,
который состоялся в Старопромысловском ВОВД. Она также показала, что
предприняла попытку войти на блок пост совместно с другим сотрудником ВОВД,
майором Ч., однако при приближении к блок посту с него по ним был открыта
стрельба. Она рассказала органам следствия о видеопленке, на которой было
запечатлено задержание ее мужа, а также о схеме с местом его возможного
захоронения, а также об обстоятельствах, при которых они были ею получены. Она
подала запрос о проведении осмотра предполагаемого места захоронения. В тот же
самый день Заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу.
21 марта 2004 года Заявительница была
вновь допрошена об обстоятельствах исчезновения ее мужа, о видеопленке и схеме
местности предполагаемого места захоронения, а также о ее попытках в 2000-2001
г.г. найти место, обозначенное на схеме. В тот же самый день Заявительница была
вновь признана в качестве потерпевшей.
В) Документы, относящиеся к поиску Шахида Байсаева
5 июня 2000 года в рамках расследования
уголовного дела сотрудники прокуратуры направили запрос в МВД с просьбой
проверить, не содержится ли Шахид Байсаев в местах временного содержания под
стражей. В ответ четыре отдела внутренних дел г. Грозного, Действующая Бригада
МВД по Северному Кавказу (базирующаяся в Северной Осетии) и ФСБ по Чечне
направили ответы, в соответствии с которыми Шахид Байсаев ими не задерживался,
информация о нем в их базах данных не содержится.
17 июня 2000 года Старопромысловский
ВОВД ответил на запрос предварительного следствия по уголовному делу, и указал,
что они не могут установить свидетелей событий, относящихся к похищению Шахида
Байсаева, и, что последний, по отзывам, является законопослушным гражданином.
Из представленных материалов следует,
что следствие пыталось проверить информацию о том, что муж Заявительницы мог
видеть убийство двух братьев О. происшедшее 2 марта 2000 года. 22 марта 2004
года прокуратура Старопромысловского района указала, что в прокуратуре не
находится в производстве уголовное дело об убийстве «братьев А. (имена похожи
на те, о которых упоминает Заявительница, отличается только первая буква)» или
обнаружения в марте 2000 года двух неопознанных мужских тел.
Г) Осмотр места происшествия
9 ноября 2000 года следователь прокуратуры г.
Грозного, в присутствии Заявительницы и при помощи кинолога с собакой, провел
осмотр места предполагаемого захоронения, расположенного у блокпоста №53. В
начале место было осмотрено саперами на случай его минирования. В соответствии
с протоколом осмотра, в указанном месте не было обнаружено предполагаемого
захоронения.
7 декабря 2001 года Заявительница
письменно обратилась в прокуратуру г. Грозного с просьбой разрешить проведение
раскопок на месте, обозначенном на схеме, и в котором, предположительно, может
находиться тело ее мужа.
19 марта 2004 года следователи вновь
провели осмотр указанного места в селе Подгорное в присутствии Заявительницы.
Они провели раскопки места, обозначенного на схеме, где ими была обнаружена
свалка. К протоколу осмотра места прилагались схема местности и ее фотографии.
Д) Осмотр видеопленки
18 марта 2003 года прокурор
Старопромысловского района вынес распоряжение о получении следствием
видеопленки, находившейся в прокуратуре Чеченской Республики.
22 марта 2003 года видеопленка была
просмотрена в присутствии Заявительницы, которая опознала в изображенном на ней
человеке своего мужа.
Е) Показания местных жителей
В феврале-марте 2004 года следователи
допросили около десятка жителей села Подгорное, где был задержан муж
Заявительницы и села Побединское, в котором он проживал. По показаниям
свидетелей, 2 марта 2000 года, около полудня, произошла перестрелка, после
которой была проведена операция по «зачистке» местности в селе Подгорное.
Большинство из допрошенных следствием местных жителей не знали или не видели
Шахида Байсаева. Однако, по их словам, несколько человек из села Подгороное
были задержаны и отпущены позднее в тот же самый день. Им также было известно
о том, что Заявительница проводила поиски мужа, так как она пришла в село и
спрашивала жителей о нем, а также разместила по селу объявления о розыске с
фотографиями мужа. Два жителя села Подгорное показали, что видели Шахида
Байсаева 2 марта 2000 ода на улице Автобусной во время проведения операции по
зачистке. Кроме того, один из коллег Байсаева показал, что они вместе с ним и
другими коллегами вышли с работы после начала перестрелки.
Правительство утверждает в своем
Меморандуме, что более 50 свидетелей было допрошено в ходе предварительного
следствия. 13 протоколов допросов свидетелей было предоставлено в Суд.
Ж)
Информирование Заявительницы
9 июня 2000 года прокуратура г.
Грозного проинформировала Заявительницу о том, что указанной прокуратурой было
возбуждено уголовное дело о похищении ее мужа.
7 сентября 2000 года прокуратура г.
Грозного направила Заявительнице письмо, в котором указывалось, что
расследование похищения ее мужа продолжается, однако информации о его
местонахождении в ходе следствия получено не было.
10 сентября 2000 года прокуратура
Чеченской Республики направила Заявительнице аналогичное письмо.
19 сентября 2000 года прокуратура г.
Грозного проинформировала Заявительницу о том, что предварительное следствие по
уголовному делу № 12048 было приостановлено.
4 апреля 2003 года Заявительница
обратилась с запросом в прокуратуру г. Грозного о предоставлении ей информации
о ходе расследования по уголовному делу.
З)
Указания прокурора
Неоднократно, на различных стадиях
предварительного следствия по уголовному делу, вышестоящими прокурорами были
даны указания о принятии конкретных следственных действий в ходе расследования.
9 ноября 2000 года прокурор проинструктировал органы следствия о проведении
осмотра места происшествия, указанного Заявительницей, с участием кинолога с
собакой, а также указания о получении и просмотре видеопленки, упомянутой
Заявительницей, о проведении допросов офицеров из Свердловской области,
проходивших службу в Старопромысловском ВОВД, о допросе сотрудников Подольского
ОМОНа, проходивших службу на блок посту №53 в селе Подгорное в указанный
промежуток времени, об осмотре книги регистрации заключенных
Старопромысловского ВОВД за 2-3 марта 2000 года. 3 декабря 2001 года прокурор
вновь вынес указания о проведении полного расследования обстоятельств
исчезновения Байсаева. 15 декабря 2001 года прокурор прокуратуры г. Грозного
вынес решение о восстановлении материалов уголовного дела №12048 после утраты
оригиналов, уничтоженных в результате террористической атаки на прокуратуру 8
декабря 2001 года.
22 февраля 2004 года прокурор
Старопромысловского района Грозного вынес указание органам следствия о
проведении осмотра места предполагаемого захоронения Шахида Байсаева, о
получении и просмотре видеопленки, об установлении и проведении допросов
свидетелей из местных жителей, проживавших поблизости от места перестрелки, а
также тех, кто был задержан 2 марта 2000 года, о просмотре видеопленки
совместно со старшими офицерами подразделений ОМОНа для установления
военнослужащих, запечатленных на указанной видеозаписи, об установлении
подразделения российских вооруженных сил, принимавших участие в задержании и
т.д.
В тот же самый день ведение предварительного
следствия по уголовному делу было передано следственной группе, состоящей из
4-х следователей Старопромысловской районной прокуратуры.
Предварительное следствие по уголовному делу
приостанавливалось и возобновлялось, по крайней мере, пять раз. 17 марта 2004
года заместитель прокурора Чечни продлил срок предварительного следствия по делу
до 12 мая 2004 года. Срок предварительного следствия был продлен для проведения
ряда следственных действий, включая, среди прочих, установление подразделений
российской армии, ответственных за задержание Байсаева, установление и допрос
военнослужащих, запечатленных на видеопленке.
Информация предоставленная региональными судами
Правительство предоставило в Суд письма из
Верховного Суда Ингушетии, суда Краснодарского Края, Ростовского областного
суда и из Ставропольского областного суда, все датированные мартом 2004 года. В
письмах указывалось, что в соответствующих регионах в судах не находится на
рассмотрении гражданские или уголовные дела с участием Заявительницы или
относящиеся к похищению ее мужа. Верховный Суд Чечни направил письмо от 19
марта 2004 года о том, что Заявительница не обращалась в суды на территории
Чеченской Республики с какими-либо жалобами. Однако, в письме при этом
указывалось, что расследование уголовного дела №12048 находится в ведении
Старопромысловской районной прокуратуры в г. Грозный, а также то, что срок
предварительного следствия по делу продлен до 12 мая 2004 года.
Материалы, имеющие отношение к нападению 2 марта
2000 года
Заявительница предоставила в Суд ряд сообщений
средств массовой информации относительно процесса над двумя старшими офицерами
МВД за преступную халатность, повлекшую тяжкие последствия - смерть 22-х
человек и ранение 33-х сотрудников подразделения ОМОН из г. Сергиева Посада
Московской области. В соответствии с данными сообщениями, было установлено, что
перестрелка, происшедшая 2 марта 2000 года в селе Подгорное произошла тогда,
когда конвой ОМОНа, направлявшегося в г. Грозный на задание, был атакован
сотрудниками Старопромысловского ВОВД, которыми в то время являлись сотрудники
милиции из г. Подольска Московской области, дислоцированные на блок посту в
селе Подгорное. Происшедшее было объявлено провокацией боевиков, которым
удалось убедить, при помощи лживой информации, подразделения, дислоцированные в
селе Подгорное, о якобы ожидающемся подходе боевиков под видом федеральных
военнослужащих.
СУЩЕСТВО ЖАЛОБЫ
- Заявительница утверждает, что
в отношении ее мужа Шахида Байсаева имело место нарушение Статьи 2
Конвенции. Она утверждают, что обстоятельства его задержания, и долгий
промежуток времени в течение которого невозможно было установить его
местонахождение, демонстрируют то, что он был убит федеральными силами.
Она также заявляет о том, что имело место нарушение процедурных аспектов
Статьи 2 в связи с тем, что властями не было проведено эффективного
расследования обстоятельств его «исчезновения».
- Заявительница утверждает, что
обстоятельства его задержания явно демонстрируют то, что Шахид Байсаев
был подвергнута дурному обращению в нарушение положений Статьи 3
Конвенции. Она утверждает, что органы государственной власти не провели
эффективного расследования обвинений в дурном обращении, и, таким образом,
не выполнили своего позитивного обязательства, предусмотренного Статьей 3.
- Заявительница утверждает, что в
результате сильных душевных переживаний и нравственных страданий,
пережитых ею в связи с задержанием и исчезновением ее мужа Шахида
Байсаева, она подверглась дурному обращению, которое подпадает под
действие Статьи 3 Конвенции.
- Заявительница жалуется на то,
что требования Статьи 5 Конвенции были нарушены в отношении ее мужа
Шахида Байсаева в целом, в связи с законностью задержания и гарантий
против произвольного задержания.
- Заявительница утверждает, что у
нее не было доступа к суду, что представляет собой нарушение Статьи 6
Европейской Конвенции, в связи с тем, что гражданский иск о возмещении
причиненного ущерба полностью зависит от результатов расследования
уголовного дела о похищении Шахида Байсаева. При отсутствии результатов
уголовного расследования, она не может эффективно обратиться в суд с
иском.
- Заявительница утверждает, что у
нее нет эффективного средства правовой защиты в отношении заявленных ею
нарушений Статей 2, 3 и 5, как это предусмотрено Статьей 13 Европейской
Конвенции.
ПРИМЕНЯЕМОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Заявительница жалуется на исчезновение,
дурное обращение и убийство Шахида Байсаева и на отсутствие эффективного
расследования, в нарушение требований Статьей 2 и 3 Конвенции. Она утверждает,
что ее собственные страдания при указанных обстоятельствах достигли порога,
предусмотренного Статьей 3. Она жалуется на то, что
задержание Шахида Байсаева нарушило требования Статьи 5. В отношении положений
Статьи 6 Заявительница жалуется, что у нее нет доступа к суду. Она также
утверждает, что у нее нет эффективных средств правовой защиты против указанных
выше нарушений, что несовместимо с требованиями Статьи 13 Конвенции.
1. Исчерпание средств правовой защиты
А. Правительство
Правительство просит Суд признать данную
жалобу неприемлемой в связи с тем, что Заявительницей не исчерпаны внутригосударственные
средства правовой защиты. При этом Правительство указывает, что расследование
обстоятельств задержания Шахида Байсаева все еще продолжается, поэтому
рассмотрение жалобы Европейским Судом по Правам Человека является
преждевременным. Правительство также ссылается на Конституцию и другие
нормативно-правовые акты, которые предусматривают возможность обжалования в суд
действий и решений административных органов, нарушающих права граждан. Ссылаясь
на ответы, предоставленные из указанных выше региональных судов, Правительство
утверждает, что Заявительница сама не прибегла к имевшимся в ее распоряжении
средствам внутригосударственной правовой защиты.
Б. Заявительница
Заявительница не согласна с возражениями
Правительства.
Во-первых, Заявительница ссылается на особые
обстоятельства, сложившиеся в Чечне в 2000 году как чрезвычайные для
нормального функционирования правовой системы и правоохранительных органов.
Во-вторых, она утверждает, что существует
административная практика не соблюдения требований об эффективном расследовании
правонарушений, совершенных российскими военнослужащими и сотрудниками
правоохранительных органов в Чечне. При этом она ссылается на жалобы, поданные
в Европейский Суд другими лицами, которые также заявляют о том, что они явились
жертвами аналогичных нарушений и жалуются на отсутствие эффективного
расследования. Заявительница ссылается на правозащитные и неправительственные
организации, репортажи средств массовой информации о нарушениях прав
гражданского населения, совершаемых федеральными силами. Она утверждает, что
данная административная практика делает потенциально эффективные средства
правовой защиты неадекватными, неэффективными и иллюзорными.
И, наконец, Заявительница полагает, что в
любом случае, она исчерпала внутригосударственные средства правовой защиты, так
как она обращалась в прокуратуру с заявлением о проведении расследования. Более
того, как явно следует из обстоятельств дела, она принимала активное участие в
расследовании и предоставляла прокуратуре всю имевшуюся в ее распоряжении
информацию, могущую способствовать раскрытию данного преступления. Несмотря на
ее усилия, надлежащего расследования так не было проведено. По мнению
Заявительницы, Правительство не продемонстрировало, каким образом обращение в суд
или прокуратуру могло быть эффектным средством правовой защиты в виду
бездействия прокуратуры, принимая во внимание то, что надзирающий прокурор
неоднократно критиковал ведение расследования и давал указания, которые,
очевидно, так не были выполнены органами следствия.
С. Оценка Суда
Суд считает, что вопрос об исчерпании средств
правовой защиты так тесно связан с существом дела, что не представляется
целесообразным его решение на данной стадии рассмотрения жалобы.
Поэтому Суд решает присоединить данное возражение
к рассмотрению дела по существу.
2. В
отношении существа жалоб Заявительницы
А. Правительство
Правительство указывает, что не имеется
конкретных доказательств подтверждающих жалобы Заявительницы о том, что власти
должны нести ответственность за задержание Шахида Байсаева, его смерть, или
указывающих на факт того, что он действительно мертв. Правительство
утверждает, что утверждения Заявительницы и ряда свидетелей, о том, что ее муж
был задержан и убит российскими военнослужащими, основаны на показаниях
неизвестных лиц, и, таким образом, не могут иметь доказательственной силы в
значении ст. 74 и ст.75 Уголовно-Процессуального Кодекса РФ.
Что касается эффективности
расследования, Правительство ссылается на трудности в Чечне в целом, на факт
того, что два сотрудника прокуратуры погибли в ходе следствия в результате
террористической атаки, на факт того, что материалы уголовного дела были
уничтожены и должны были позднее быть восстановлены. Правительство указывает,
что расследование уголовного дела ведется в соответствии с российским
законодательством, Заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу,
и ее показания были тщательно проверены. Следствием предпринимаются меры для
установления и допроса военнослужащих, запечатленных на видеопленке,
предоставленной Заявительницей. Несмотря на предпринимаемые следствием усилия,
личности тех, кто принимал участие в задержании Шахида Байсаева, остаются
неизвестными, местонахождение мужа Заявительницы или его тело не были
установлены.
В отношении Статей 6 и 13 Конвенции,
Заявительнице был предоставлен неограниченный доступ к правовым средствам, а
именно, возможность обращения в компетентный суд, который мог рассмотреть ее
жалобы, как предусмотрено ст. 46 Конституции и другими нормативно-правовыми
актами Российской Федерации.
Б. Заявительница
Заявительница придерживается заявленных ею
требований.
В отношении требований по Статье 2 Конвенции
Заявительница утверждает, что не существует никаких разумных сомнений в том,
что российские военнослужащие задержали Шахида Байсаева 2 марта 2000 года,
после чего лишили его жизни. В обоснование своих обвинений она ссылается на
доказательства, которые не оспариваются Правительством. В частности, она
ссылается на видеопленку, на которой видно как мужа Заявительницы ведут
военнослужащие, причем данная видеозапись датирована 2 марта 2000 года. Она
ссылается на факт проведения операции по зачистке местности в селе Подгорное в
указанный день, а также что значительно число людей было задержано в результате
данной операции. Она также ссылается на показания свидетелей задержания Шахида
Байсаева, включая показания, данные сотрудником ВОВД своему начальнику в
присутствии Заявительницы. Заявительница полагает, что с большой степенью
вероятности установлено то, что ее муж Байсаев был умышленно лишен жизни, так
как он был задержан при обстоятельствах, угрожавших его жизни, более 4-х лет
назад, и, что с тех самых пор он «исчез». Заявительница особо подчеркивает то
обстоятельство, что Правительство не предоставило другой версии развития
событий, и, что, как известно из сообщений средств массовой информации о
процессе над старшими офицерами ОМОНа, в столкновении 2 марта 2000 года
принимали участие две группы федеральных сил, и, что, там явно не было
каких-либо других лиц в камуфляжной форме одежды, которые принимали участие в
операции по зачистке, проведенной незамедлительно по окончании перестрелки.
Заявительница утверждает, что
расследование обстоятельств задержания Байсаева и его смерти, не соответствует
стандартам Европейской Конвенции и национального законодательства. Она
указывает на то, что расследование было начато поздно, и что ряд важных
следственных действий был проведен с неоправданным опозданием или только после
коммуникации ее жалобы Правительству Государства-Ответчика, и таким образом,
который подрывает их эффективность, например, как расшифровка видеозаписи.
Заявительница отмечает то, что она была признана потерпевшей по уголовному делу
четыре раза, в то время как, несмотря на предоставленные ими запросы, другие
члены семьи Шахида Байсаева, не были признаны потерпевшими по делу. Ряд важных
следственных мер не были предприняты следствием вообще, а именно, такие как
установление и получение показаний лиц, запечатленных на видеопленке,
военнослужащих, несших вахту на блок посту №53, а также тех военных, которые
принимали участие в проведении операции по зачистке местности 2 марта 2000
года. Органами следствия не принимались во внимание доказательства,
подтверждающие задержание Шахида Байсаева и его убийство военнослужащими
федеральных сил. Она также ссылается на то, что прошло длительное время, более
чем четыре года, с момента похищения, и, несмотря на это, органами следствия не
были получены какие-либо имеющие значение результаты расследования.
Предварительное следствие по делу приостановлялось и возобновлялось несколько
раз. Вышестоящий прокурор критиковал ведение предварительного следствия и
давал указания, которые так и не были выполнены, что, по мнению Заявительницы,
подтверждает ее заявления о неэффективности расследования. Власти
систематически не информировали Заявительницу о ходе расследования, и у нее не
было информации о предпринятых следствием важных процессуальных мерах. И,
наконец, Заявительница утверждает, что не предоставление в Суд Правительством Российской
Федерации значительной части материалов уголовного дела без надлежащих
объяснений, усиливает имеющиеся подозрения в неэффективности расследования.
Заявительница жалуется на нарушение как
материального, так и процессуального аспекта Статьи 3 Конвенции в отношении ее
мужа. Она утверждает, что на видеопленке видно, как ее мужа пинают и бьют
солдаты, которые при этом прибегают к нецензурной брани и угрозам. Она также
утверждает, что лица, задержанные на территории Чечни, постоянно становятся жертвами
обращения, нарушающего Статью 3 Конвенции. Власти не провели надлежащего
расследования по указанным жалобам.
Ссылаясь на практику Европейского Суда,
Заявительница утверждает, что она сама стала жертвой обращения, подпадающего
под нарушения Статьи 3 в результате тяжких моральных и нравственных страданий,
которые ей пришлось перенести в связи с исчезновением ее мужа.
В отношении нарушений Статьи 5
Конвенции, Заявительница утверждает, что Шахид Байсаев стал жертвой официально
непризнанного задержания, в нарушение принципов, установленных Статьей 5.
В отношении нарушений Статьи 6,
Заявительница жалуется, что у нее нет доступа к гражданско-правовым средствам
правовой защиты при отсутствии значимых результатов расследования уголовного
дела.
Заявительница также утверждает, что в
нарушение положений Статьи 13, у нее не было доступа к эффективным средствам
правовой защиты против указанных выше нарушений.
С. Оценка Суда
Суд считает, что в свете предоставленных
сторонами документов, жалобы о нарушении Статей 2, 3,5,6 и 13 Конвенции
поднимают сложные вопросы права и фактов, определение которых должно зависеть
от рассмотрения жалобы по существу. Следовательно, Суд приходит к выводу о
том, что данные жалобы не могут быть объявлены явно необоснованными в значении
п. 3 Статьи 35 Конвенции. Никаких других оснований для признания их
неприемлемыми для рассмотрения по существу установлено не было.
По указанным причинам, Суд
единогласно
Присоединяет к существу дела
возражения Правительства в отношении не исчерпания внутригосударственных
средств правовой защиты;
Объявляет данную жалобу
приемлемой для рассмотрения по существу.
Сорен Ниельсен Христос
Розакис
Регистратор Президент
