Дата документа: 30/01/2014
Номер заявки: 61536/08; 6647/09; 6659/09; 63535/10; 15695/11
Статьи нарушений Конвенции: 2; 3; 5
Страна ответчика: Россия
Тип документа: Постановление
Источник: SRJI
Оригинал документа:  


ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ 

ДЕЛО ''МИКИЕВА И ДРУГИЕ ПРОТИВ РОССИИ''

(Жалобы №№. 61536/086647/096659/0963535/10 и 15695/11) 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ 

30 января 2014 г. 

ВСТУПИЛО В СИЛУ

8 сентября 2014 г.

В текст постановления могут быть внесены редакторские изменения.



В деле Микиева и другие против России,

Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в следующем составе:

·          Изабелль Берро-Лефевр, Председатель,

·          Ханлар Гаджиев,

·          Юлия Лаффранке,

·          Линос-Александр Сицилианос,

·          Эрик Мессе,

·          Ксения Туркович,

·          Дмитрий Дедов, судьи,

·          и Сёрен Нильсен, Секретарь Секции,

Проведя 7 января 2014 г. совещание за закрытыми дверями,

Вынес следующее постановление, принятое в тот же день:

ПРОЦЕДУРА

1.  Настоящее дело было инициировано пятью жалобами (см. Приложение I) против Российской Федерации, поданными в Суд в соответствии со Статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - «Конвенция») гражданами Российской Федерации (далее – «заявители») в даты, указанные в Приложении I.

2.  Заявителей в Европейском суде представляли юристы НКО "Правовая инициатива по России" (в сотрудничества с АНО «Правовое содействие - Астрея»), адвокат Д. Ицлаев, практикующий в Грозном, Чеченская Республика, и адвокат М. Магомадов, практикующий в Хасавюрте, Республика Дагестан. Правительство Российской Федерации (далее - «Правительство») представлял г-н Г. Матюшкин, Представитель Российской Федерации в Европейском суде по правам человека.

3.  Заявители утверждали, что их пять родственников были похищены агентами государства в Чечне в период с 2000 по 2004 годы в разные даты и что власти не провели эффективное расследование в связи с этим.

4.  3 ноября 2011 г. жалобы были коммуницированы Правительству.

ФАКТЫ

I.                       ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛ

5.  Заявители по названным делам являются гражданами России. Заявители живут в различных районах Чеченской Республики, Россия. Заявители приходятся близкими родственниками мужчин, которые исчезли в Чеченской Республике после того, как их похитили группы военных из собственных домов в 2000-2004 гг. Заявители считают, что это были военнослужащие федеральных сил, так как они были одеты в камуфляжную форму, имели славянскую внешность и говорили по-русски без акцента. Они были вооружены автоматическим оружием, врывались в дома заявителей, производили обыски, проводили проверку документов, удостоверяющих личность, у родственников заявителей и увозили их на военной технике, например, бронетранспортерах (БТР), УАЗ или «Урал». Согласно показаниям очевидцев, похищенных родственников заявителей доставили на главную военную базу российских федеральных войск в Ханкале. Никто из заявителей ни имел никаких известий о своих пропавших родственниках со времени их задержания.

6.  Во всех случаях заявители обращались с жалобами на похищения в национальные органы власти, и по каждому делу возбуждалось официальное уголовное дело. Каждое дело многократно приостанавливалось и возобновлялось. Как следует из представленных документов, никакие существенные следственные мероприятия не предпринимались властями после перенаправления формальных информационных запросов в различные близлежащие районы Северного Кавказа. На эти запросы чаще всего приходили отрицательные ответы, или запросы оставались без ответа.

7.  Из представленных документов следует, что соответствующие правоохранительные органы не смогли установить личности военнослужащих, предположительно причастных к арестам или похищениям.

8.  В своем меморандуме Правительство не оспаривало по существу факты, как они были представлены заявителями. В то же время оно указало на отсутствие доказательств вне разумных сомнений того, что представители государства были причастны к похищению.

9.  Фактические обстоятельства данных жалоб будут коротко представлены далее. Персональные данные относительно заявителей и их пропавших родственников и некоторая ключевая информация изложена далее в таблице (см. Приложение 1).

А. Жалоба №61536/08, Микиева и Менчаева против России

1. Похищение Исы Микиева

10.  Факты данного дела связаны с делом Атабаева и другие против России (№26064/02), постановление по которому было вынесено Судом 12 июня 2008 г. и которое касается похищения Рамзана Кукуева и родственника заявителей Исы Микиева в ходе спецоперации, проведенной федеральными силами 3 мая 2001 г. в п. Ца-Ведено. Описание обстоятельств данного дела основаны на показаниях заявителей, их родственников и соседей.

11.  Согласно заявителям, 3 мая 2001 г. около 7 часов утра федеральные военнослужащие начали спецоперацию в п. Ца-Ведено. Группа из тридцати вооруженных военнослужащих в масках и без масок остановились на двух БТРах и грузовике УРАЛ у крыльца дома заявителей и ворвались во двор. Они вывели Ису Микиева и его сына Халида Микиева, силой заставили их сесть в один из БТРов и уехали в сторону Грозного. Заявители преследовали похитителей на машине. По их словам, военнослужащие свободно проехали через контрольно-пропускной пункт, расположенный на выезде из деревни, хотя он был закрыт для проезда в этот день. Тем не менее дежурные офицеры отрицали, что видели какие-либо транспортные средства, и предложили заявителям вернуться домой. Заявители подчинились. По возвращении они увидели, что группы военнослужащих проводили паспортный контроль почти в каждом дворе. В поселке было много военной техники, включая бронетранспортеры, и над поселком летали вертолеты. В результате спецоперации военнослужащие задержали еще 18 мужчин. Все задержанные, кроме Исы Микиева и других четырех человек (см. дело Атабаева и другие, упомянутое выше, §16), впоследствии были освобождены. Последний человек был освобожден 21 мая 2001 г.

12.  По словам Халида Микиева, родственника заявителей и сына Исы Микиева, как только они прибыли на контрольно-пропускной пункт 3 мая 2001 г., военнослужащие посадили его, Ису Микиева и других 18 жителей Ца-Ведено в военный вертолет и доставили на военную базу в Ханкалу. Там военнослужащие оставили всех задержанных, кроме Халида Микиева и их соседа г-на А.С. Последние были отправлены в Сержень-Юрт.

13.  Во второй половине этого же дня 3 мая 2001 г. в военной комендатуре п. Ца-Ведено уведомили заявителей о том, что Халид Микиев и г-н А.С. находятся в Шали. Вечером местные сотрудники внутренних дел привели их домой.

14.  Другие задержанные, которых позже освободили, сообщили, что в Ханкале они размещались в одном подвале с Исой. Военнослужащие допрашивали задержанных по одному и избивали их.

15.  Заявители не видели Ису Микиева с момента его похищения 3 мая 2001 г.

2. Официальное расследование

16.  Правительство раскрыло копии материалов уголовного дела №37061 в связи с похищением Исы Микиева, Рамзана Кукуева и г-на Х.К. Соответствующая информация может быть кратко изложена следующим образом.

17.  25 ноября 2001 г. прокуратура возбудила уголовное дело №37061 в связи с похищением Исы Микиева, Рамзана Кукуева и г-на Х.К. по статье 126 УК РФ (похищение).

18.  17 декабря 2002 г. материалы уголовного дела №37061 были уничтожены в результате пожара, возникшего по причине нападения боевиков на районную прокуратуру.

19.  25 августа 2004 г. приказом районной прокуратуры расследование по делу было возобновлено за номером 37061.

20.  12 августа 2005 г. первая заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу.

21.  В августе 2005 г. следователи направили запросы в различные правоохранительные органы с просьбой представить информацию о спецоперации 3 мая 2001 г. В ответах на эти запросы не содержалась никакая значимая информация.

22.  В 2005 г. и 2008 г. прокуратура района допросила заявителей и их родственников в качестве свидетелей. Следователи также допросили Хамида Микиева, сына Исы Микиева, который был освобожден после задержания 3 мая 2001 г.. Все свидетели дали аналогичные показания, которые заявители представили в Суд.

23.  2 октября 2006 г. следователь осмотрел место происшествия. Никакие вещественные доказательства не были собраны.

24.  В 2008 г. следователь направил запросы в ряд отделений внутренних дел и больницы Чечни, запрашивая информацию о местонахождении родственника заявителей, возможном его аресте или содержании в правоохранительных органах, обнаружении трупа или возможном оказании медицинской помощи. На все запросы он получил отрицательные ответы. Следователь также допросил заявителей и других свидетелей.

25.  В неустановленный день начальник отдела внутренних дел Веденского района ("ОВД") в своем отчете сообщил следующее:

«...3 мая 2001 г. в ходе спецоперации в Ца-Ведено неизвестные военнослужащие федеральных войск арестовали Ису Микиева, Хампаши Кукуева и Рамзана Кукуева вместе с десятью другими жителями Ца-Ведено и увезли их в неизвестном направлении. После задержания названные лица не вернулись домой.

...В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что спецоперация была проведена военнослужащими подразделения ДОН-2 Министерства внутренних дел России, которое располагалось рядом с г. Шали...»

26.  Следствие по делу несколько раз было приостановлено и возобновлялось и в настоящее время остается не завершенным.

3. Обращение заявителей к органам государственной власти

27.  27 апреля 2002 г. по запросу второй заявительницы Веденский районный суд признал Ису Микиева пропавшим без вести, утверждая среди прочего, что «3 мая 2001 г. неизвестными российскими военнослужащими на БТР был задержан Иса Микиев, который впоследствии пропал без вести».

28.  В феврале 2003 г. заявители подали в прокуратуру Чеченской Республики жалобу на похищение и просили о помощи в поисках пропавшего.

29.  В феврале 2008 г. первая заявительница направила в прокуратуру Веденского района запрос о ходе расследования. В марте 2008 г. ей сообщили, что расследование приостанавливалось и возобновлялось несколько раз, и еще не завершено.

В. Жалоба №6647/09, Деши Ибрагимова против России

1. Похищение Артура Ибрагимова

30.  В рассматриваемый период вокруг Шали располагались блокпосты федеральных сил, и военная техника использовалась властями на въездах и выездах из города. Заявительница жила вместе со своим племянников Артуром Ибрагимовым в Ростовской области, где он работал на стройке. Изложение фактов дела основано на показаниях, данных заявительницей, ее родственниками и соседями

31.  В мае 2003 г. заявительница и Артур Ибрагимов поехали в Шали, чтобы получить его новый паспорт. Они остановили в Шали в доме бабушки Артура Ибрагимова. Артур подал заявление на новый паспорт, и ему было назначено придти за паспортом в РОВД Шалинского района 18 июля 2003 г. Но 16 июля 2003 г. около 17 часов серый автомобиль УАЗ "таблетка" без регистрационных номеров и белый автомобиль ВАЗ-21099 с затемненными стеклами подъехали к дому, где остановились заявительница и ее племянник. Примерно двенадцать-пятнадцать военнослужащих в масках и шлемах вышли из машин. Они говорили без акцента на русском языке, были вооружены автоматами, пистолетами и специальным огнестрельным оружием с глушителями русского спецназа ("винторезы"). Военнослужащие быстро обыскали помещение на предмет огнестрельного оружия. Затем посадили Артура Ибрагимова в УАЗ и увезли в направлении Сержень-Юрт. Военнослужащие также использовали БТР, который уехал в сторону села Автуры. Один из военных потерял свой идентификационный жетон.

32.  17 июля 2003 г. г-н Дакаев, глава администрации Шалинского района, сообщил заявительнице, что военнослужащие могли принадлежать к спецподразделениям №1 или №2 (Дивизия особого назначения № 1, 2, ДОН-1, 2) или Федеральной службе безопасности (ФСБ), которые размешались на окраине села Автуры в то время. Но комендатура Шалинского района отрицала какую-либо осведомленность о событиях.

33.  18 июля 2003 г. заявительница передала идентификационный жетон военнослужащего следователю Шалинской районной прокуратуры, который обещал ей, что он будет рассмотрен экспертами.

34.  В 2004 году заявительница узнала от анонимных свидетелей, что Артур Ибрагимов был доставлен на главную военную базу федеральных сил в Ханкале, а затем его перевели в следственный изолятор в Чернокозово.

35.  Заявительница не видела Артура Ибрагимова с момента его похищения 16 июля 2003.

2. Официальное расследование

36.  Правительство представило копии материалов уголовного дела № 35006, возбужденного по факту похищения Артура Ибрагимова. Соответствующая информация может быть кратко изложена следующим образом.

37.  17 июля 2003 г. заявительница пожаловалась в прокуратуру Шалинского района на похищение Артура Ибрагимова вооруженными военнослужащими.

38.  18 июля 2003 г. следственная группа осмотрела место происшествия. Никакие вещественные доказательства не были собраны.

39.  В этот же день следователи допросили заявительницу, бабушку Артура Ибрагимова, его мачеху и четверых соседей, которые были очевидцами похищения. Все они показали, что Артур Ибрагимов был похищен вооруженными людьми в камуфляжной форме, которые прибыли на микроавтобусе УАЗ "таблетка" серого цвета без регистрационных номеров и автомобиле ВАЗ-21099 белого цвета с затемненными стеклами, у этого автомобиля последний цифры регистрационного номера были «130». Из представленных документов следует, что все попытки следователей установить владельцев автомобиля ВАЗ-21099 оказались безуспешными.

40.  28 июля 2003 г. прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело №22109 по статье 126 УК РФ (похищение).

41.  12 августа 2003 г. заявительница была признана потерпевшей.

42.  19 августа 2003 г. следователь направил запросы информации о возможном его аресте родственника заявительницы или содержании в правоохранительных органах. На все запросы он получил отрицательные ответы.

43.  30 августа 2003 г. из УФСБ Шалинского района сообщили, что не задерживали Артура Ибрагимова и нет никакой информации о его причастности/непричастности к незаконной деятельности.

44.  Несколько раз 11 октября и 12 декабря 2003 г., затем 14 февраля, 6 марта и 26 апреля 2004 г. из военной прокуратуры войсковой части №20116 заявительнице сообщили, что участие военнослужащих в похищении не установлено. Они также сообщили, что факт проведения спецоперации в Шали в соответствующее время не подтвержден.

45.  В октябре 2003 г. заявительница направила в Федеральную службу исполнения наказаний (УФСИН) запрос о возможном содержании Артура Ибрагимова в следственных изоляторах Ростовской области. 5 ноября 2003 г. из УФСИН по Ростовской области сообщили, что Артур Ибрагимов не находился в изоляторах временного содержания данного региона.

46.  27 ноября 2003 г. из УФСБ по Северному Кавказу сообщили, что войсковые части, дислоцированные в Чечне, не использовали автомобили ВАЗ-21099 и что внутренние войска не участвовали в спецоперации в городе Шали. Позднее 17 марта, 8 июня и 30 октября 2004 г. из военной прокуратуры ОГВ(с) сообщили, что участие военнослужащих федеральных войск в похищении не установлено.

47.  30 апреля 2004 г. из УФСБ по Шалинскому району сообщили, что нет никакой информации о причинах ареста Артура, его местонахождении и личности похитителей.

48.  30 сентября и 14 октября 2005 г. из Шалинского РОВД заявительнице сообщили, что по данному случаю было возбуждено оперативно-розыскное дело и был проведен ряд розыскных мероприятий.

49.  16 декабря 2008 г. из УФСБ Шалинского района ответили на запрос следователей, направленный в ноябре 2008 г. В нем, в частности, говорилось, что Артур Ибрагимов входил в состав бандформирований в период с 2003 по 2006 гг. В соответствующей части письмо говорилось:

" ...По имеющемся оперативным данным, ориентировочно с середины 2003 г. [Артур Ибрагимов] входил в состав бандформирования Веденского района, возглавляемого Хусейном Гакаевым... (позывной «Дунга»), дислоцировавшегося в окрестностях н.п. Элистанжи... [Артур Ибрагимов] отвечал за вопросы снабжения оружием, боеприпасами, обмундированием и продуктами питания... В частности, он присутствовал при встрече главарей бандформирований, когда Шамиль Басаев назначил Хусейна Гакаева лидером «южного сектора» Веденского района…

12 июля 2003 г. [Артур Ибрагимов] находился в г. Шали, где через сотрудника ППС Введенского района [г-на И.Г.] пытался организовать перевозку партии оружия из г. Шали в н.п. Элистанжи Веденского района.

15-16 июля 2003 г. [Артур Ибрагимов] отправился в н.п. Элистанжи на общественном транспорте.

После отъезда [Артура Ибрагимова] 18 июля 2003 г. [заявительница], зная об его реальном местонахождении и следуя полученным от него указаниям, сообщила по телефону в дежурную часть Шалинского ОВД о том, что 16 июля 2003 г. около 17 часов [Артур Ибрагимов] был якобы похищен неустановленными лицами.

По оперативным данным, указанное деяние было совершено в целях сокрытия следов участия [Артура Ибрагимова] в деятельности незаконных вооруженных формированиях и иных преступлениях, совершенных в составе НВФ.

По состоянию на апрель 2006 г. имеется достоверная информация, что [Артур Ибрагимов] находился в составе бандгруппы [Хусейна Гакаева], что дает основания полагать, что [Артур Ибрагимов] не мог быть похищен в 2003 г. В дальнейшем [Артур Ибрагимов] в поле зрения в УФСБ Чечни не попадал..."

50.  7 мая 2009 г. следователи решили проверить эти данные и вызвали сотрудников Веденского РОВД для допроса в связи с передачей партии оружия Артуру Ибрагимову и г-ну И.Г. в июле 2003 г.

51.  2 июня 2009 г. следователи допросили двух сотрудников Веденского РОВД, которые дали аналогичные показания относительно того, что не владеют никакой информацией о передаче оружия в июле 2003 г. Артуром Ибрагимовым и г-ном И.Г. из г. Шали в н.п. Элистанжи.

52.  Из представленных документов следует, что в ходе расследования не проводилась экспертная оценка идентификационного жетона военнослужащего, найденного на месте происшествия, и не проверялась версия содержания Артура Ибрагимова в н.п. Ханкала и н.п. Чернокозово.

53.  По всей видимости, расследование приостанавливалось и возобновлялось несколько раз. В настоящее время следствие по делу не завершено.

3. Жалобы заявителей относительно расследования

54.  Из материалов дела следует, что на протяжении всего периода расследования заявители обращались в различные государственные органы с жалобами на похищение, с просьбами о помощи в поисках, с запросами о ходе расследования и его результатах.

55.  В сентябре 2008 г. заявительница подала жалобу в Шалинскую прокуратуру и ходатайствовала о возобновлении приостановленного расследования. 15 октября 2008 г. из прокуратуры ей сообщили, что ее жалоба рассмотрена.

С. Жалоба №6659/09, Косумова и другие против России

1. Похищение Рамзана Шаипова и последующие события

56.  В рассматриваемый период Рамзан Шаипов (также пишется Шоипов) и заявители жили в семейном доме в поселке Чири-Юрт. Мать Рамзана жила в соседнем доме. Поселок находился под полным контролем федеральных сил. Изложение фактов дела основано на показаниях, данных заявителями, их родственниками и соседями.

57.  8 мая 2004 г. около полуночи колонна военной техники, в том числе два БТРа (один из которых имел регистрационный номер 233), автомобиль УАЗ ("таблетка"), два автомобиля марки "Нива", четыре автомобиля "ВАЗ" и микроавтобус "Газель" прибыли в село Чири-Юрт. Несколько групп вооруженных автоматическим оружием военнослужащих в масках вышли из машин и ворвались в дома заявителей и их соседей.

58.  Военнослужащие провели быстрый обыск в доме матери Рамзана Шаипова, закрыли ее изнутри и ушли.

59.  В доме заявителей военнослужащие, которые говорили на русском языке без акцента, проверили паспорт Рамзана и увели его. Около пяти или шести военнослужащих, проводивших обыск, сказали, что они искали ваххабитов, радикальных чеченских боевиков, так как они получили информацию, что семья заявителя была ваххабитской. Затем злоумышленники связали руки и ноги первой заявительнице, замотали ее рот клейкой лентой и уехали. Вскоре после этого заявительнице удалось освободиться, и она попыталась проследить за уехавшими транспортными средствами. Она видела, как они проехали через контрольно-пропускной пункт №121 между селами Чири-Юрт и Новые Атаги.

60.  10 мая 2004 г. в Шалинской районной прокуратуре отрицали, что они имеют какую-либо информацию о произошедшем.

61.  Заявители провели собственное расследование по факту похищения. Их знакомый Нур-Али Эскиев сообщил им, что Рамзан был доставлен в отдел ФСБ в селе Автуры по распоряжению Сергея Громова, сотрудника ФСБ, также известного по прозвищу «Терек». После этого Рамзан был переведен в Управление ФСБ в селе Старые Атаги, которое возглавлял офицер ФСБ по прозвищу «Питон». Оба управления ФСБ признали, что Рамзан у них содержался, и гарантировали его безопасность. В определенный момент "Питон" договорился с заявителями об освобождении Рамзана в обмен на автомат. Они договорились встретиться для обмена на окраине села Мескер-Юрт по трассе Ростов-Баку. На встрече "Питон" сообщил заявителям, что Рамзана перевели на Главную военную базу в Ханкалу, и поэтому он не смог добиться его освобождения.

62.  Заявители не видели Рамзана Шаипова со времени его похищения 8 мая 2004 г.

2. Официальное расследование

63.  Правительство представило копии материалов уголовного дела № 36046, возбужденного по факту похищения Рамзана Шаипова. Соответствующая информация может быть кратко изложена следующим образом.

64.  11 мая 2004 г. первая заявительница пожаловалась в прокуратуру Шалинского района на то, что ее мужа 8 мая 2004 г. похитили неизвестные люди в камуфляжной форме.

65.  В этот же день следователи прокуроры Шалинского района осмотрели место происшествия и обнаружили гильзы, которые впоследствии были направлены на экспертизу. Согласно отчету экспертов, гильза калибра 9 мм была стреляна из пистолета «Макарова», но в виду деформации гильзы более точно установить модель оружия не представлялось возможным.

66.  Следователи допросили первую заявительницу и ее соседей. Первая заявительница дала показания, аналогичные тем, которые поданы в Суд. Две соседки г-жа А. И. и г-жа Х. А. показали, что в ночь похищения г-на Рамзана Шаипова военнослужащие в масках и камуфляжной форме также ворвались в их дома и провели в них обыск.

67.  15 мая 2014 г. следователи направили запросы о представлении информации о похищенном в ряд правоохранительных органов. Никакие ответы на эти запросы не поступили.

68.  21 мая 2004 г. прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело №36046 по факту похищения Рамзана Шаипова согласно статьи 126 УК (похищение).

69.  22 мая 2004 г. следователи приняли решение допросить военнослужащих, которые дежурили на КПП между населенными пунктами Чири-Юрт и Новые Атаги в ночь похищения, и проверить журнал регистрации транспортных средств. Следователи допросили трех офицеров. Все они показали, что 8 мая 2004 г. в 22:58 два бронетранспортера без регистрационных номеров проехали через КПП, не останавливаясь. БТРы двигались из села Новые Атаги по направлению п. Чири-Юрт. Через 800-850 метров от КПП транспортные средства остановились, из них вышли неустановленные лица и заняли оборонительную позицию. Спустя 40 минут колонна, в которой были два БТР, четыре машины марки "Нива", один автомобиль УАЗ "таблетка" и микроавтобус ГАЗЕЛЬ проехали через КПП в противоположном направлении из Чири-Юрт в Новые Атаги. Все транспортные средства были без регистрационных номеров. Следователь также осмотрел журнал регистрации на КПП. В нем было записано, что 8 мая 2004 г. в 22:54 через КПП проехали два БТРа и в тот же день в 23:42 четыре машины марки "Нива", один автомобиль УАЗ "таблетка" и микроавтобус ГАЗЕЛЬ проехали через КПП без остановки; транспортные средства не имели регистрационных номеров.

70.  24 мая 2004 г. первая заявительница была признана потерпевшей по делу.

71.  В июне 2004 г. следователи допросили несколько свидетелей. В частности, соседку заявительницы г-жу Л.А., которая утверждала, что 8 мая 2004 г. военнослужащие в масках и камуфляжной форме ворвались в ее дом и провели обыск.

72.  В сентябре 2004 г., июне 2005 г. и апреле 2006 г. следователи допросили еще раз нескольких свидетелей и направили письма с запросами информации в правоохранительные органы.

73.  Расследование приостанавливалось и возобновлялось несколько раз и до сих пор не завершено.

3. Жалобы заявителей относительно расследования

74.  Из материалов дела следует, что с 2004 г. и на протяжении всего периода расследования заявительница обращалась в различные государственные органы с жалобами на похищение, с просьбами о помощи в поисках, с запросами о ходе следствия. В ответ ее информировали о том, что по делу проводятся оперативно-розыскные мероприятия, направленные на раскрытие преступления.

75.  4 июня и 9 октября 2008 г. первая заявительница просила предоставить ей доступ к материалам расследования, но не получила его.

D. Жалоба №63535/10, Батариева против России

1. Похищение Зелимхана Батариева

76.  В 2001 г. Зелимхан Батариев учился и снимал квартиру в Грозном. Согласно представленным документам, в ночь на 4 мая 2001 г. российские военные провели спецоперацию по задержанию некоего однорукого г-на Т. Он проживал в одном доме с Зелимханом. Несколько вооруженных военнослужащих в камуфляжной форме оцепили район на БТРах и машинах УАЗ. Они арестовали г-на Т. и несколько его родственников, а также Зелимхана и еще несколько других молодых людей, которые снимали квартиры в доме. Некоторые из арестованных были ваххабитами, радикальными чеченскими боевиками.

77.  6 мая 2001 г. с заявительницей связались братья Б.С. и Т.С., которых арестовали 4 мая 2001 г. на территории центрального рынка в Грозном, а затем братья были освобождены. Они сказали ей, что военные содержали их, а также Зелимхана на территории главной военной базы федеральных сил в Ханкале. Военнослужащие избили их и предложили родственникам Зелимхана выкупить его.

78.  В июне 2001 г. заявительница говорила с г-ном Х.И, который содержался с Зелимханом в Ханкале. Вдвоем они провели 16 дней в яме на территории военной базы. Военнослужащие неоднократно избивали их, заставляли их признаться в незаконной вооруженной деятельности. В большинстве случаев задержанные содержались с завязанными глазами, связанными руками и могли разговаривать друг с другом только ночью.

79.  По данным анонимных источников, Зелимхан находился в Ханкале, по крайней мере, до 20 мая 2001 г.. В июле 2001 г. заявительница встречалась с г-жой Т.З., сын которой находился в СИЗО Чернокозово вместе с Зелимханом до октября 2001 г.

80.  В июле 2010 г. заявительница говорила с Зиной Дашаевой, которую арестовали в тот же день, когда был арестован Зелимхан (см. выше). Зина вспомнила, что слышала, как военнослужащие говорили по-русски без акцента, прежде чем забрать Зелимхана: "Этот парень чист, мы можем иметь проблемы", "Нам не нужны живые свидетели". Военнослужащие посадили Зину, ее сестру Заиру в автомобиль УАЗ. Она узнала Зелимхана среди других задержанных. Он лежал на полу, и было видно, что его сильно избили.

81.  Заявительница не видела Зелимхана Батариева с момента его похищения 4 мая 2001 г.

82.  Заявительница не была свидетелем похищения. Изложение фактов дела основано на показаниях, данных соседями Зелимхана, лицами, арестованными в этот же день и родственниками, которые были свидетелями случившегося.

2. Официальное расследование

83.  Правительство представило копии материалов уголовного дела № 50113, возбужденного по факту похищения Зелимхана Батариева. Соответствующая информация может быть кратко изложена следующим образом.

84.  Из представленных документов следовало, что после похищения Зелимхана Батариева заявительница обращалась с жалобами в различные правоохранительные органы на исчезновение своего сына и просила о помощи в его поисках.

85.  31 июля 2002 г. прокуратура г. Грозного возбудила уголовное дело №50113 по Статье 126 УК (похищение).

86.  В июле 2002 г. следователь направил запросы в различные правоохранительные органы с просьбой предоставить информацию о задержании Зелимхана Батариева. На эти запросы не была получена никакая существенная информация. Следователь также допросил местного жителя, который подтвердил, что в районе проводилась спецоперация в мае 2001 г. и что несколько молодых людей были задержаны в ходе этой спецоперации.

87.  30 сентября 2002 г. расследование было приостановлено.

88.  Постановлениями от 12 августа 2003 г. следствие было приостановлено, а заявительница была признана потерпевшей.

89.  В неустановленное время расследование по делу было вновь приостановлено и затем 27 октября 2006 г. возобновлено.

90.  Заявительница была допрошена 3 ноября 2006 г. в первый раз. Следователь также допросил родственников заявителей. Они дали показания, аналогичные тем, которые представили в Суд. Следователь направил запросы о представлении информации в различные правоохранительные органы, но это не дало никаких результатов.

91.  27 ноября 2006 г. расследование было приостановлено и затем возобновлено в 2009 году, когда следователи еще раз допросили свидетелей и направили запросы информации.

92.  Следствие по делу до сих пор не завершено.

3. Жалобы заявителей относительно расследования

93.  Из материалов дела следует, что с 2002 по 2006 гг. заявительница постоянно обращалась в различные государственные органы с жалобами на похищение, с просьбами о помощи в поисках. 29 августа 2006 она пожаловалась прокуратуру г. Грозного, утверждая, что следователи до сих пор не допросили ее.

94.  5 октября 2009 г. заявительница просила о доступе к материалам расследования. 29 апреля 2010 г. ее просьба была удовлетворена.

95.  26 октября 2010 г. заявительница подала жалобу в Заводской районный суд г. Грозного, указывая на бездействие со стороны следователей и требуя возобновить расследование. Результат рассмотрения жалобы остается невыясненным.

Е. Жалоба №15895/11, Есуев против России

1. Похищение Мансура Есуева

96.  В рассматриваемый период Мансур Есуев со своей семьей, в том числе со своим отцом – заявителем, жили в поселке Верхний Герзел. Описание событий основано на показаниях заявителя.

97.  11 января 2003 г. в 4 часа утра военнослужащие в масках, камуфляжной форме, вооруженные автоматами, прибыли в дом заявителя на трех автомобилях УАЗ, автомобиле марки "Волга" белого цвета и микроавтобусе "Газель". Они ворвались в дом, избили членов семьи, в том числе Мансура Есиева, и увезли его в неизвестном направлении.

98.  Заявитель впоследствии узнал, что Мансур был доставлен в Новогрозненский районный отдел внутренних дел (РОВД), затем в шестой отдел Гудермесского РОВД, после чего - в Ханкалу.

99.  Заявитель не видел Мансура Есиева с момента его похищения 11 января 2003 г..

2. Официальное расследование

100.  Правительство представило копии материалов уголовного дела № 32133, возбужденного по факту похищения Мансура Есуева. Соответствующая информация может быть кратко изложена следующим образом.

101.  27 октября 2003 г. заявитель пожаловался в прокуратуру Гудермесского района на похищение своего сына.

102.  6 ноября 2003 г. прокуратура Гудермесского района возбудила уголовное дело №32133 по статье 126 УК (похищение), признала заявителя потерпевшим и допросила его.  Следователь также допросил жену Мансура Есуева и его брата, которые были свидетелями похищения. Все трое свидетелей дали показания, аналогичные тем, которые заявитель представил Суду.

103.  17 ноября 2003 г. следователь направил запрос в Гудермесское Управление ФСБ и просил представить информацию о возможном аресте Мансура Есуева сотрудниками спецслужб и о его причастности к незаконной деятельности. Никакого ответа на этот запрос не последовало.

104.  В январе 2005 г. следователи осмотрели место происшествия, допросили свидетелей. Они также направили информационные запросы в различные правоохранительные органы, но не получили ответы.

105.  28 февраля 2008 г. следователь изучил журнал регистрации в Гудермесском РОВД. Согласно записям журнала, в период с 1 января по 1 апреля 2003 г. Мансур Есуев не доставлялся в РОВД.

106.  3 марта 2008 г. следователь вновь допросил заявителя, его родственников и некоторых соседей.

107.  Следствие приостанавливалось и возобновлялось несколько раз и до сих пор не завершено.

3. Жалобы заявителей относительно расследования

108.  Из материалов дела следует, что с 2003 г. заявитель постоянно обращался в различные государственные органы с жалобами на похищение его сына, с просьбами о помощи в поисках и запросами информации о ходе следствия.

109.  В марте 2010 г. заявитель обратился с жалобой в Гудермесский районный суд, утверждая, что расследование было неэффективным. 8 июня 2010 г. его жалоба была отклонена в связи с возобновлением расследования 2 июня 2010 г.

II.  ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА, А ТАКЖЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПРАВОВЫЕ ДОКУМЕНТЫ

110.  См. обзор применимого национального законодательства, международных правовых документов, а также международных и внутренних докладов по вопросу насильственных исчезновений в деле Aslakhanova и Others v. Russia (№№ 2944/06, 8300/07, 50184/07, 332/08 и 42509/10, §§ 43-59 и §§ 69-84, 18 Декабря 2012).

ПРАВО

I.  ОБЪЕДИНЕНИЕ ЖАЛОБ

111.  На основании Правила 42 § 1 Регламента Суда и виду схожих фактических обстоятельств дел и применимого законодательства, Суд считает, что надлежит объединить жалобы и рассмотреть их совместно.

II.  ВОЗРАЖЕНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВА

А.  Возражение Правительства в отношении права подачи жалобы

1.  Доводы сторон

112.  Роза Батариева, заявительница по делу Батариева против России (№63535/10), умерла 15 апреля 2012 г. Г-н Бекхан (также пишется Бекха) Батариев, ее сын и брат исчезнувшего Зелимхана Батариева выразил желание продолжить разбирательство в Суде вместо нее.

113.  Правительство утверждало, что Бекхан Батариев не может продолжать разбирательство дела в Суде, так как у него "отсутствуют законные интересы при рассмотрении дела". В частности, Правительство указало, что Бекхан Батариев "не был свидетелем похищения брата, не участвовал в расследовании уголовного дела, возбужденного по факту похищения..."

2.  Оценка Суда

114.  Суд повторяет, что понятие "жертвы" в контексте Статьи 34 Конвенции означает лицо, непосредственно пострадавшее от действий или бездействия (см. Lüdi v Switzerland, 15 июня 1992 г., § 34, Серия А, №238). Конвенцией установлено с учетом прецедентной практики Суда, что родитель, брат, сестра или племянник человека, смерть которого предположительно отнесена на счет Государства-ответчика, не может претендовать на статус жертвы предполагаемого нарушения Статьи 2 Конвенции даже в тех случаях, когда идет речь о более близких родственниках, таких, как дети умершего лица, не подавшие заявки (см. Velikova v. Bulgaria (решение о приемлемости), №41488/98, 18 мая 1999 г., с дальнейшими ссылками).

115.  Суд также указывает на ряд случаев, когда заявитель умер в ходе судебного разбирательства, и отмечает, что он принял во внимание просьбы наследников заявителя или близких членов семьи, выразивших желание продолжать разбирательство в Суде. Это чаще всего было сделано в случаях, которые были связаны с денежной компенсацией и, следовательно, возникал вопрос о передаче требований на компенсацию. Тем не менее, вопрос о том, могут ли быть переданы такие требования конкретным лицам, желающим продолжить разбирательство, не является исключительным критерием. На самом деле, жалобы на нарушения прав человека в Суде имеют главным образом моральный аспект, и люди, близкие к заявителю, могут иметь законную заинтересованность в обеспечении того, чтобы справедливость восторжествовала, даже после смерти заявителя (см. среди других дела Horváthová v. Slovakia, № 74456/01, § 26, 17 May 2005, и Ječius v. Lithuania, № 34578/97, § 41, ECHR 2000-IX).

116.  Принимая во внимание вышеизложенное, Суд признает, что сын заявительницы имеет законную заинтересованность в продолжении разбирательства по делу вместо нее. Поэтому он будет продолжать разбирательство по его просьбе.

В.  Соблюдение правила о шестимесячном сроке

1.  Доводы сторон

(a)  Правительство

117.  В своих замечаниях по всем жалобам Правительство отметило, что ни один из заявителей не выполнил требование шести месяцев, подав свои жалобы в Суд после неоправданно длительного периода времени с момента похищения и возбуждения уголовного дела. Ссылаясь на дело Varnava и Others v. Turkey [GC] (nos. 16064/90, 16065/90, 16066/90, 16068/90, 16069/90, 16070/90, 16071/90, 16072/90 и 16073/90, ECHR 2009), Правительство указало на то, что власти провели "необходимый объем работы", который от них требовался, и что в данных случаях рукой заявители не предоставили объяснений своим задержкам при обращении в Страсбург.

(b).  Заявители

118.  Заявители утверждали, что выполнили правило шести месяцев и не допустили чрезмерного или необъяснимого промедления при обращении в Суд.

119.  Заявители утверждали, что у них не было причин сомневаться в эффективности начатого уголовного расследования. Кроме того, заявители указали на то, что во время вооруженного конфликта в Чечне задержки в расследовании были неизбежны. Заявители также ссылались на слабое знание русского языка и на отсутствие знаний в области юриспруденции и недостаточность средств на то, чтобы нанять юриста; при этом российское законодательство не предоставляет потерпевшим права на бесплатную юридическую помощь, и они не могли оценить эффективность расследования по насильственным исчезновениям. Со временем и по причине отсутствия информации со стороны следственных органов заявители начали сомневаться в эффективности расследования и стали искать бесплатную юридическую помощь с целью оценки эффективности расследования, а затем подали свои жалобы в Суд. Ссылаясь на дело Varnava, они утверждали, что шестимесячный срок не применим к длящимся нарушениям, которыми являются насильственные исчезновения.

2.  Оценка Суда

(a)  Основные принципы

120.  Суд напоминает, что правило о шестимесячном сроке призвано поддерживать стабильность права и обеспечивать, чтобы дела, поднимающие вопросы по Конвенции, рассматривались в разумные сроки. Данное правило также призвано обеспечить, чтобы оставалась возможность установить обстоятельства дела, пока [доказательства] не утрачены (см. Abuyeva и Others v. Russia, №27065/05, § 175, 2 декабря 2010).

121.  Как правило, шестимесячный срок начинает исчисляться с момента вынесения окончательного решения в процессе исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты. Однако в отсутствие эффективных средств правовой защиты, срок исчисляется с момента совершения действий или принятия мер, в отношении которых подается жалоба. Если заявитель воспользовался предположительно существующим средством правовой защиты и лишь впоследствии узнал об обстоятельствах, которые делают такое средство защиты неэффективным, то шестимесячный срок может исчисляться со дня, когда заявителю впервые стало известно или должно было стать известно о таких обстоятельствах (см., среди прочего, Zenin v. Russia (dec.), №15413/03, 24 сентября 2009).

122.  В делах, касающихся исчезновений, в отличие от дел по длящимся расследованиям обстоятельств смерти родственников заявителей (см. Elsanova v. Russia (dec.) № 57952/00, от 15 ноября 2005 г.; и Narin v. Turkey, № 18907/02, § 50, от 15 декабря 2009 г.), Суд признавал, что необходимо учитывать состояние неопределенности и замешательства, которые типичны для такой ситуации, и с учетом характера расследования исчезновений, тот факт, что родственники ждали окончания расследования, проводимого национальными властями, в течение длительного времени может признаваться оправданным, так как уголовные дела ведутся с перерывами и сопровождаются постоянными проблемами. Пока сохраняется значимый контакт между семьей и органами власти в том, что касается жалоб и запросов информации, либо некоторые признаки или реальная возможность прогресса в следственных мероприятиях, вопрос о неоправданной задержке, как правило, не встает. Но если прошло длительное время и при этом имели место значительные задержки и перерывы в следственных действиях, настанет момент, когда родственники должны будут понять, что никакого эффективного расследования не было и не будет. Когда именно наступит этот этап - неизбежно зависит от обстоятельств конкретного дела. Однако в случае, когда после инцидента прошло более десяти лет, заявители обязаны объяснить свое промедление с подачей их жалобы в Суд (см. Varnava, упомянутое выше, §§ 162‑163).

123.  Применяя принципы по делу Varnava, Суд в недавнем деле Er и Others v. Turkey(№23016/04, §§ 55-58, 31 июля 2012) постановил, что заявители, которые ждали в течение почти десяти лет после исчезновении их родственника до обращения с жалобой, выполнили требование о шестимесячном сроке, поскольку на национальном уровне проводилось расследование, хотя оно и прерывалось. Суд пришел к тому же выводу и в другом деле, в котором расследование событий на национальном уровне длилось более девяти лет без каких-либо длительных периодов бездействия, а заявители делали все, что от них могло потребоваться для содействия властям (см. Bozkır и Others v. Turkey, №24589/04, § 49, 26 февраля 2013).

124.  Напротив, Суд признал неприемлемыми жалобы, в которых заявители ждали более десяти лет перед обращением с жалобами, и в которых в течение длительного времени не происходило ничего, что могло бы заставить их верить в эффективность расследования. Например, в деле Yetişen и Others v. Turkey ((dec.), №21099/06, 10 июля 2012) заявители ждали около четырех лет с момента исчезновения до подачи жалобы в компетентные следственные органы и затем ждали еще одиннадцать с половиной лет, прежде чем обратиться с жалобой в Страсбург; в деле Findik v. Turkey и Omer v. Turkey ((decs.), №33898/11 и №35798/11, 9 октября 2012) заявители ждали более пятнадцати с половиной лет прежде чем обратиться в Страсбург; в деле Taşçi и Duman v. Turkey ((dec.), №40787/10, 9 октября 2012) заявители обратились в Страсбург спустя двадцать три г. после исчезновения. В деле Açış v. Turkey (№7050/05, §§ 41-42, 1 февраля 2011) Суд отклонил в качестве представленной позже срока жалобу заявителей по Статье 2, которая была подана по истечении более двенадцати лет после похищения и исчезновения родственника заявителей, так как заявители не доказали, что в расследовании были какие-либо конкретные успехи, которые могли бы оправдать задержку свыше десяти лет.

(a)  Применение названных принципов в настоящем деле

125.  Обращаясь к обстоятельствам рассматриваемых дел, Суд отмечает, что заявители обратились в Страсбург в срок от четырех лет и семи месяцев, как в деле Косумова и другие (№6659/09), и до девяти лет и пяти месяцев, как в деле Батариева (№63535/10), прошедших после исчезновения. В каждом из дел на момент подачи жалобы в Суд внутреннее расследование формально продолжалось. Уголовные дела по всем случаям многократно приостанавливались и возобновлялись с различными промежутками во времени. Каждый раз, когда расследование было приостановлено, оно было возобновлено надзирающим прокурором, который давал критическую оценку ходу проведения расследования, и поручал проведение необходимых следственных действий, о чем часто, хотя и не всегда, были информированы заявители. Они, в свою очередь, поддерживали достаточный контакт с властями, сотрудничали со следствием и при необходимости запрашивали информацию и просили о доступе к материалам расследования в надежде более эффективного результата.

126. Принимая во внимание вышесказанное и учитывая тот факт, что Правительство не оспаривало суть дел, Суд приходит к выводу, что поведение каждого из заявителей в отношении следствия определялось не их убеждением в неэффективности данного средства правовой защиты, а наличием у них ожидания, что власти по собственной инициативе представят им надлежащий ответ на их серьезные жалобы. Они своевременно предоставили следственным органам подробное описание похищений их родственников, оказывали им содействия в поиске свидетелей и других доказательств и в полной мере сотрудничали другими способами. Таким образом, они могли разумно ожидать, что в ходе расследования в дальнейшем произойдут существенные изменения. Нельзя сказать, что они не проявили должной осмотрительности, ожидая, что продолжающееся расследование даст результаты (см., среди прочего, Abuyeva и Others, cited above, § 179).

127.  Таким образом, Суд полагает, что по всем делам в рассматриваемые периоды проводилось следствие, хотя оно и прерывалось, и что заявители сделали все от них зависящее для содействия властям (см. Varnava и Others, упомянутое выше, § 166, и Er и Others, упомянутое выше, § 60). В связи с вышеизложенным, Суд отклоняет возражение государства-ответчика в отношении приемлемости данных жалоб, основанное на правиле о шестимесячном сроке.

III.  ОЦЕНКА СУДОМ ИМЕЮЩИХСЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ И УСТАНОВЛЕНИЕ ФАКТОВ

A.            Доводы сторон

1.  Правительство

128.  Правительство не отрицало существенных фактов по каждому делу, как они были представлены заявителями. В то же время оно утверждало, что некоторые заявители представили противоречивые данные при описании таких деталей, как форма похитителей и язык общения между похитителями. Кроме того, похищения произошли в разное время в разных районах Чеченской Республики. Правительство также отметило тот факт, что другие люди, задержанные вместе с некоторыми родственниками заявителей в то же самое время, впоследствии были освобождены и вернулись домой. По мнению Правительства, в ходе расследований не были получены доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что агенты государства причастны к похищению или смерти родственников заявителей. Ссылаясь, в частности, на дело Ибрагимова (№6647/09), Правительство заявило, что федеральная служба безопасности уведомила следствие, что до апреля 2006 г. родственник заявительницы был членов незаконной вооруженной группировки, и поэтому он не мог быть похищен в 2003 году.

2.  Заявители

129.  Заявители по всем делам утверждали, что, вне разумного сомнения, люди, которые похитили родственников заявителей, являлись агентами Государства. В подтверждение своих жалоб они ссылались на доказательства, имевшиеся в их заявлениях и материалах уголовных дел, которые были раскрыты Правительством. Они утверждали, что по каждому из случаев они представили доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что их родственники были похищены агентами государства, и что существенные факты, лежащие в основе их жалоб, не были оспорены Правительством. В связи с отсутствием каких-либо сведений об их родственниках в течение длительного периода и в виду того, что ситуация непризнаваемого задержания в Чечне представляет собой опасность для жизни, они просили Суд считать их родственников погибшими.

B.             Оценка Суда

1.  Основные принципы

130.  Ряд принципов был разработан Судом, когда он сталкивался с проблемой установления фактов, относительно которых у сторон имелись разногласия (см. El Masri v. “the former Yugoslav Republic of Macedonia” [GC], №39630/09, §§ 151-53, 13 декабря 2012).

131.  В частности, в Суде находится целый ряд дел, касающихся заявлений об исчезновениях на территории Чеченской Республики. Ссылаясь на вышеуказанные принципы, он пришел к выводу, что утверждение заявителей prima facie (достаточное при отсутствии опровержения) о случаях похищений, совершенных военнослужащими, таким образом, подпадает под контроль властей, и поэтому на Правительство переходит бремя доказывания путем раскрытия документов, которые находятся в его исключительном владении, или путем представления удовлетворительного и убедительного объяснения того, как произошли рассматриваемые события (см., среди многих других, Aslakhanova и Others, упомянутое выше, § 99). Если Правительство не опровергло эту презумпцию, то это влечет за собой признание нарушения Статьи 2 Конвенции в его материальной части. И, наоборот, когда заявителям не удалось представить доказательства, достаточные при отсутствии опровержения (prima facie), тогда бремя доказывания не может быть отменено (см., например, Tovsultanova v. Russia, № 26974/06, §§ 77-81, 17 июня 2010; Movsayevy v. Russia, № 20303/07, § 76, 14 июня 2011 и Shafiyeva v. Russia, № 49379/09, § 71, 3 мая 2012).

132.  Суд также неоднократно делал выводы о том, что пропавший без вести человек может быть признан умершим. Принимая во внимание многочисленные дела об исчезновениях людей на территории Чечни и Ингушетии, рассмотренные Судом ранее, он заключает, что в условиях конфликта, если кого-то задерживают неустановленные агенты государства, а затем факт задержания не признается, то это можно рассматривать как угрожающую жизни ситуацию (см. среди многих других, Bazorkina v. Russia, №69481/01, 27 July 2006; Imakayeva v. Russia, №7615/02, ECHR 2006‑XIII (extracts); Luluyev и Others v. Russia, №69480/01, ECHR 2006‑VIII (extracts); Baysayeva v. Russia, №74237/01, 5 апреля 2007; Akhmadova и Sadulayeva v. Russia, №40464/02, 10 мая 2007; Alikhadzhiyeva v. Russia, №68007/01, 5 июля 2007; и Dubayev и Bersnukayeva v. Russia, №30613/05 и №30615/05, 11 февраля 2010).

133.  Суд делал выводы о презумпции смерти при отсутствии каких-либо достоверных известий о человеке, пропавшем без вести в сроки от четырех лет (см. Askhabova v. Russia, №54765/09, § 137, 18 апреля 2013) до более чем десяти лет.

2.   Применение названных принципов в настоящем деле

(а).  Жалоба № 61536/08, Микиева и Менчаева против России

134.  Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными Правительством (см. пункты 22 и 25 выше), показывают, что родственник заявителей Иса Микиев был похищен 3 мая 2001 г. группой вооруженных военнослужащих в с. Ца-Ведено. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Суда, он считает, что заявители представили доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что их родственник был похищен агентами государства при обстоятельствах, как они были изложены заявителями.

135.  Правительство не дало удовлетворительное и убедительное объяснение рассматриваемым событиям. Таким образом, оно не выполнило своего бремени доказывания.

136.  Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Суд считает установленным, что Иса Микиев был похищен агентами государства 3 мая 2001 г. в с. Ца-Ведено. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени и учитывая, что такое задержание является угрожающей жизни ситуацией (см. пункт 132 выше), Суд также считает, что Иса Микиев должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

(b).  Жалоба № 6647/09, Ибрагимова против России

137.  Несколько свидетельских показаний, собранных заявительницей, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными Правительством (см. пункты 37 и 39 выше), показывают, что родственник заявительницы Артур Ибрагимов был похищен 16 июля 2003 г. группой вооруженных военнослужащих в г. Шали. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Суда, он считает, что заявительница представила доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что ее родственник был похищен агентами государства при обстоятельствах, как они были ею изложены.

138.  Правительство не дало удовлетворительное и убедительное объяснение рассматриваемым событиям. Таким образом, оно не выполнило своего бремени доказывания.

139.  Что касается ссылки Правительства на письмо, выданное сотрудниками УФСБ, то Суд отмечает следующее. Когда в 2003 г. и 2004 г. следователи запросили в УФСБ любую информацию, касающуюся Артура Ибрагимова и его причастности к незаконной деятельности (см. пункты 42 и 47 выше), то из УФСБ был получен отрицательный ответ. И только в ноябре 2008 г. они написали следствию, что в период с 2003 г. по апрель 2006 г. Артур Ибрагимов был причастен к деятельности незаконных вооруженных формирований. Впоследствии эта информация проверялась в ходе расследования дела о похищении, но не была подтверждена (см. пункты 50-51 выше). В таких обстоятельствах Суд не считает указанный довод Правительства удовлетворительным и убедительным объяснением, которое способно было бы снять с него бремя доказывания.

140.  Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Суд считает установленным, что 16 июля 2003 г. Артур Ибрагимов был похищен агентами государства в г. Шали. В связи с отсутствием каких-либо сведений о них с этого времени и учитывая, что такое задержание является угрожающей жизни ситуацией (см. пункт 132 выше), Суд также считает, что Артур Ибрагимов должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

(с).  Жалоба № 6659/09, Косумова и другие против России

141.  Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными Правительством (см. пункт 69 выше), показывают, что родственник заявителей Рамзан Шаипов был похищен 8 мая 2004 г. группой вооруженных военнослужащих в с. Чири-Юрт. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Суда, он считает, что заявители представили доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что их родственник был похищен агентами государства при обстоятельствах, как они были изложены заявителями.

142.  Правительство не дало удовлетворительное и убедительное объяснение рассматриваемым событиям. Таким образом, оно не выполнило своего бремени доказывания.

143.  Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Суд считает установленным, что Рамзан Шаипов был похищен агентами государства 8 мая 2004 г. в с. Чири-Юрт. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени и учитывая, что такое задержание является угрожающей жизни ситуацией (см. пункт 132 выше), Суд также считает, что Рамзан Шаипов должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

(d).  Жалоба № 63535/10, Батариева против России

144.  Несколько свидетельских показаний, собранных заявительницей, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными Правительством (см. пункты 86 и 90 выше), показывают, что родственник заявительницы Зелимхан Батариев был похищен 4 мая 2001 г. группой вооруженных военнослужащих в г. Грозном. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Суда, он считает, что заявительница представила доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что ее родственник был похищен агентами государства при обстоятельствах, как они были ею изложены.

145.  Правительство не дало удовлетворительное и убедительное объяснение рассматриваемым событиям. Таким образом, оно не выполнило своего бремени доказывания.

146.  Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Суд считает установленным, что 4 мая 2001г. Зелимхан Батариев был похищен агентами государства в г. Грозном. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени и учитывая, что такое задержание является угрожающей жизни ситуацией (см. пункт 132 выше), Суд также считает, что Зелимхан Батариев должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

(е).  Жалоба № 15695/11, Есуев против России

147.  Несколько свидетельских показаний, собранных заявителем, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными Правительством (см. пункт 102 выше), показывают, что сын заявителя  Мансур Есуев был похищен 11 января 2003 г. группой вооруженных военнослужащих в с. Верхний Герзел. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Суда, он считает, что заявитель представил доказательства, достаточные при отсутствии опровержения, что его сын был похищен агентами государства при обстоятельствах, как они были им изложены.

148.  Правительство не дало удовлетворительное и убедительное объяснение рассматриваемым событиям. Таким образом, оно не выполнило своего бремени доказывания.

149.  Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Суд считает установленным, что 11 января 2003 г. Мансур Есуев был похищен агентами государства в с. Верхний Герзел. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени и учитывая, что такое задержание является угрожающей жизни ситуацией (см. пункт 132 выше), Суд также считает, что Мансур Есуев должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

3.  Выводы

150.  Суд находит, как и в ряде других дел, по которым постановления были вынесены ранее, что родственники заявителей были похищены группами вооруженных мужчин в униформе, которые проводили спецоперацию. Эти группы свободно проезжали через блокпосты, использовали технику, которую, по всей видимости, не мог использовать никто другой, кроме сотрудников государства. Утверждения заявителей были подтверждены показаниями очевидцев, которые были собраны или самими заявителями или в ходе расследования. В своих обращениях к властям заявители постоянно утверждали, что их родственники были задержаны сотрудниками государства. Внутригосударственное расследование также приняло представленные заявителями фактические предположения и предприняло шаги для того, чтобы выявить, были ли федеральные силы вовлечены в похищение.

151.  В целом, в фактическом изложении обстоятельств каждого дела содержится достаточно элементов, которые позволяют Суду сделать выводы о проведении спецоперации и, таким образом, об исключительном контроле государства над задержанными (см., среди многих других, Aslakhanova и Others, упомянуто выше, § 114). Доводы Правительства ограничивались ссылкой на незавершенный характер уголовного расследования, или имели теоретический характер и находились в противоречии с доказательствами, имевшимися на рассмотрении Суда. В любом случае, они являются недостаточными, для того чтобы освободить Правительство государства-ответчика от бремени доказывания, которое на него возлагается в подобных случаях.

152.  Задержание Исы Микиева, Артура Ибрагимова, Рамзана Шаипова, Зелимхана Батариева и Мансура Есуева при угрожающих жизни обстоятельствах и длительный период отсутствия каких-либо новостей от них приводят Суд к выводу, что они должны считаться умершими.

IV.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 2 КОНВЕНЦИИ

153.  Заявители жаловались по Статье 2 Конвенции, что их родственники исчезли после задержания агентами государства и что власти в связи с этим не провели эффективное расследование. Статья 2 Конвенции гласит:

“1. Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание.

2. Лишение жизни не рассматривается как нарушение настоящей статьи, когда оно является результатом абсолютно необходимого применения силы:

(а) для защиты любого лица от противоправного насилия;

(b) для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях;

(c) для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа».

А.  Доводы сторон

154.  Правительство утверждало, с одной стороны, что Статья 2 Конвенции не применима к жалобам заявителей на исчезновения их родственников и что их жалобы должны быть рассмотрены в соответствии со Статьей 5 Конвенции. Поэтому Правительство сослалось на дело Kurt v. Turkey, 25 May 1998, §§ 101-09, Reports of Judgments и Decisions 1998‑III. С другой стороны, Правительство утверждало, что жалобы должны быть отклонены как явно необоснованные, так как заявители не доказали свои утверждения в Европейском Суде. Кроме того, Правительство указало, что внутренними расследованиями не было получено никаких доказательств того, что задержанные находились под контролем государства, или того, что пропавшие без вести люди были мертвы. Оно также отметило, что сам по себе факт отсутствия конкретных результатов следственных действий или незначительных результатов расследования не означает, что имели место какие-либо упущения со стороны следственных органов. Оно заявило, что были предприняты все необходимые действия в соответствии с обязательством провести эффективное расследование.

155.  Заявители настаивали на своих жалобах.

В.  Оценка Суда

1.  Приемлемость

156.  Суд считает в свете представленных сторонами аргументов, что жалоба затрагивает серьезные вопросы факта и права, подпадающие под действие Конвенции, для решения которых необходимо рассмотрение жалобы по существу. Он также решает рассмотреть по существу вопрос о применимости Статьи 2 Конвенции (см. Khadayeva и другие против России, №5351/04, § 114, 12 марта 2009). Поэтому жалоба на нарушение Статьи 2 Конвенции должна быть признана приемлемой.

2.  Существо

(a)  Предполагаемое нарушение права на жизнь родственников заявителей

157.  Суд сразу же отмечает, что стороны не оспаривали тот факт, что местонахождение родственников заявителей было неизвестным от четырех с половиной до девяти лет с момента похищения до подачи жалобы в Суд. Вопрос, который Правительство поднимает в связи с этим, это применимость Статьи 2 Конвенции к ситуациям, на которые жалуются заявители.

158.  Суд ранее постановил, что Статья 5 налагает на Правительство ответственность за местонахождение любого лица, который был взят под стражу, и тем самым было признано, что он находился под контролем властей (см. постановление по делу Курт, упомянутое выше, § 124). Аналогичным образом Статья 5 налагает обязательство на Государство предоставить объяснения местонахождению любого задержанного лица, которое таким образом, попало под контроль властей. Вопрос о том, повлечет ли не предоставление властями достоверного объяснения происшедшего с задержанным, при отсутствии тела, возникновение вопроса о нарушении Статьи 2 Конвенции, зависит от всех обстоятельств дела, и, в частности, от наличия достаточных доказательств, основанных на конкретных элементах, на основании которых можно прийти к выводу о том, что, в соответствии с реквизитом стандарта доказывания, задержанный предположительно умер во время содержания под стражей (см. Çakıcı v. Turkey [GC], № 23657/94, § 85, ECHR 1999-IV, и Ertak v. Turkey, № 20764/92, § 131, ECHR 2000-V)

159.  В связи с этим Суд отмечает, что Правительство отрицало факт задержания родственников заявителей сотрудниками Государства или то, что они находились под контролем властей. Таким образом, аргументация Правительства в отношении применимости Статьи 5 Конвенции, а не Статьи 2 Конвенции является противоречивой. Однако оставляя в стороне противоречивый характер позиции Правительства, и предполагая, что похищенные родственники заявителей находились под контролем государства после ареста, то в данном случае период времени, прошедший с момента помещения лица под стражу, не являясь решающим, имеет значение как релевантный и должен приниматься во внимание. Должно быть принято то, что чем больше времени проходит без известий о задержанном, тем больше вероятность того, что он или она умерли. Продолжительность времени может, таким образом, до некоторой степени, оказать влияние на значимость других элементов косвенных доказательств до принятия вывода о том, что лицо может считаться мертвым. В данном отношении Суд считает, что эта ситуация поднимает вопрос, выходящий за пределы только лишь неправильного задержания в нарушение Статьи 5. Такое толкование соответствует эффективной защите права на жизнь, предусмотренного Статьей 2, которая ставит его в ряд самых основополагающих положений Конвенции (см. среди прочего Çakıcı cited above, § 86, и Timurtaş v. Turkey, № 23531/94, § 83, ECHR 2000‑VI). Следовательно, Суд считает, что Статья 2 Конвенции применима и возражение Правительства в связи с этим должно быть отклонено.

160.  Исходя из вышеизложенного и учитывая установленные факты, суд считает, в отношении всех жалоб родственники заявителей должны быть признаны умершими после непризнаваемого задержания сотрудниками государства. В отсутствие каких-либо доводов для оправдания их смерти, которые Правительство могло бы представить, Суд считает, что имело место нарушение материальной части Статьи 2 Конвенции в отношении Исы Микиева, Артура Ибрагимова, Рамзана Шаипова, Зелимхана Батариева и Мансура Есуева.

(b)  Предполагаемая неадекватность расследования похищений

161.  Суд уже установил, что уголовное дело не является эффективным средством правовой защиты в отношении расследования исчезновений, которые произошли, в частности, в Чечне с 1999 по 2006 год, и что такая ситуация, согласно Конвенции, проистекает из системной проблемы на национальном уровне (см. Aslakhanova и Others, упомянутое выше, §217). Во многих таких случаях, ранее рассмотренных Судом, расследования велись в течение нескольких лет, без таких ощутимых результатов, как установление личностей виновных или судьбы пропавших без вести родственников заявителей. Хотя обязанность эффективно расследовать имеет отношение к средствам, а не результатам, Суд отмечает, что уголовное расследование по каждому из десяти  дел, возбужденных в районной прокуратуре, страдает от комплекса тех же недостатков, которые были перечислены в постановлении по делу Aslakhanova и Others (упомянутое выше, §§123-125).

162.  В свете вышесказанного Суд считает, что властями не было проведено эффективное уголовное расследование обстоятельств исчезновения и смерти родственников заявителей в нарушение процессуальной части Статьи 2 Конвенции.

V.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЕЙ 3, 5 и 13 КОНВЕНЦИИ

163.  Заявители жаловались по Статьям 3 и 5 Конвенции, что они испытали душевные страдания в результате исчезновения их родственников и незаконного лишения их свободы. Они также жаловались по Статье 13 Конвенции, что не имели эффективных средств правовой защиты в отношении заявленных нарушений, в частности, по Статьям 2 и 3 Конвенции. Эти статьи в соответствующих частях гласят:

Статья 3

"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному и унижающему достоинство обращению или наказанию".

Статья 5

“1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:…

(с) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения;

...

2. Каждому арестованному незамедлительно сообщаются на понятном ему языке причины его ареста и любое предъявляемое ему обвинение.

3. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом (с) пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному, согласно закону, судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд.

4. Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.

5. Каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений настоящей статьи, имеет право на компенсацию".

Статья 13

"Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве".

А.  Доводы сторон

164.  Правительство оспаривало эти жалобы.

165.  Заявители повторили свои жалобы

В.  Оценка Суда

1. Приемлемость

166.  Суд отмечает, что настоящие жалобы не представляются явно необоснованными в значении Статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд далее отмечает, что жалобы не являются неприемлемыми по каким-либо другим основаниям. Поэтому их следует считать приемлемыми.

2.  Существо дела

167.  Суд уже находил во многих случаях, что в ситуации насильственного исчезновения близкие родственники могут быть признаны жертвами нарушения Статьи 3 Конвенции. Суть подобных нарушений заключается не столько в самом факте "исчезновения" члена семьи, но в большей степени в том, какова реакция и позиция властей в момент, когда данная ситуация доводится до их сведения (см. дело Orhan v. Turkey, № 25656/94, § 358, 18 июня 2002 г. и дело Imakayeva, упомянутое выше, § 164). Если известию о смерти пропавшего без вести лица предшествовал достаточно длительный период, когда он или она считались исчезнувшими, то имеется определенный период времени, в течение которого заявители страдали от неопределенности, тревоги и стресса, характерных для особого феномена исчезновений (см. Luluyev и Others, упомянутое выше, § 115).

168.  Также Суд отмечал, что безвестное задержание лица является полным отрицанием названных гарантий Статьи 5 и серьезнейшим нарушением ее положений (см. дело Çiçek v. Turkey, №25704/94, § 164, 27 February 2001, и Luluyev, упомянутое выше, § 122).

169.  Суд повторяет свои выводы относительно ответственности государства за похищения и непроведение эффективного расследования для установления судьбы пропавших людей. Он считает, что заявители, которые являются близкими родственниками исчезнувших людей, должны быть признаны жертвами нарушения Статьи 3 Конвенции, так как они испытали стресс и пережили страдания в связи с этим, и/или они продолжают страдать в результате неспособности установить судьбу членов их семей, а также по причине отказа властей рассмотреть должным образом их жалобы.

170.  Кроме того, Суд считает установленным, что родственники заявителей были задержаны представителями государства. И в виду отсутствия любых законных оснований такого задержания оно признается Судом особо серьезным нарушением права на свободу и безопасность, гарантированного Статьей 5 Конвенции.

171.  Суд повторяет, что из ряда предшествующих постановлений видно, что уголовные расследования такого рода дел особенно неэффективны. Отсутствие результатов расследования уголовного дела делает недоступными на практике любые другие возможные средства правовой защиты.

172.  Следовательно, Суд считает, что заявители по этим делам не имели в распоряжении эффективных средств правовой защиты по своим жалобам на нарушения Статей 2 и 3 в связи со Статьей 13 Конвенции.

VI. ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

173.  Суд рассмотрел другие жалобы, которые подал заявитель по делу Есуев против России (№15695/11) по Статьям 3, 6, 7 и 8 Конвенции. Однако, принимая во внимание все материалы, имевшиеся в его распоряжении, и учитывая то, в какой мере эти жалобы находятся в компетенции Суда, Суд принял решение, что в них не содержатся признаки нарушения прав и свобод, изложенных в настоящей Конвенции или Протоколов к ней. Поэтому данная часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная по Статье 35 §§3(а) и 4 Конвенции.

VII. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

174.  Статья 41 Конвенции устанавливает:

"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

А.  Требования заявителей

1.  Ущерб

a)      Жалоба №61536/08, Микиева и Менчаева против России

175.  В качестве компенсации материального ущерба в связи с утратой финансовой поддержки по потере кормильца первая и вторая заявительницы потребовали 146 174 российских рублей (руб) (что составляет примерно 3 400 евро (евро) и 464 862 руб. (примерно 10 820 евро) соответственно рублей. Заявительницы сделали свои расчеты на основе данных о прожиточном минимуме, предусмотренном внутренним законодательством, и используя Огденские страховые таблицы.

176.  Заявительницы совместно потребовали 100 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

b)      Жалоба №6647/09, Ибрагимова против России

177.  Заявительница потребовала 100 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

c)      Жалоба №6659/09, Косумова и другие против России

178.  В качестве компенсации материального ущерба в связи с утратой финансовой поддержки по потере кормильца заявители потребовали 30618 евро, 29646 евро, 30684 евро и 33176 евро. Заявители сделали свои расчеты на основе данных о прожиточном минимуме, предусмотренном внутренним законодательством.

179.  В отношении компенсации морального ущерба заявители просили Суд присудить им сумму, которую он сочтет уместной и разумной в данных обстоятельствах дела.

d)      Жалоба №63535/10, Батариева против России

180.  В отношении компенсации морального ущерба заявительница просила Суд присудить ей сумму, которую он сочтет уместной и разумной в данных обстоятельствах дела.

e)      Жалоба №15695/11, Есуев против России

181.  Заявитель требовал 1000000 евро в качестве компенсации морального ущерба.

2.   Расходы и издержки

(a)  Жалоба №61536/08, Микиева и Менчаева против России

182.  Заявителей представляла организация «Правовая инициатива по России»/«Астрея». Общая сумма требуемого возмещения расходов и издержек, связанных с представительством жалобы заявителей в Суде, составила 4 445 евро, куда были включены подготовка юридических документов, поданных в Суд, а также административные и почтовые расходы. Они представили копии соглашения о представлении юридических услуг и счета-фактуры понесенных расходов.

(b)  Жалоба №6647/09, Ибрагимова против России

183.  Заявителей представляла организация «Правовая инициатива по России»/«Астрея». Общая сумма требуемого возмещения расходов и издержек, связанных с представительством жалобы заявителей в Суде, составила 4 536 евро, куда были включены подготовка юридических документов, поданных в Суд, а также административные и почтовые расходы. Они представили копии соглашения о представлении юридических услуг и счета-фактуры понесенных расходов.

(с)  Жалоба №6659/09, Косумова и другие против России

184.  Заявителей представлял адвокат Д. Ицлаев, практикующий в Грозном. Общая сумма требуемого возмещения расходов и издержек, связанных с представительством жалобы заявителей в Суде, составила 7 936 евро, куда были включены подготовка юридических документов, поданных в Суд, а также административные и почтовые расходы. Они представили копии соглашения о представлении юридических услуг и счета за переводы.

 

(d)  Жалоба №63535/10, Батариева против России

185.  Заявительницу представлял адвокат Д. Ицлаев, практикующий в Грозном. Общая сумма требуемого возмещения расходов и издержек, связанных с представительством жалобы заявителей в Суде, составила 6 471 евро, куда были включены подготовка юридических документов, поданных в Суд, а также административные и почтовые расходы. Она представила копии соглашения о представлении юридических услуг и счета за переводы.

(е)  Жалоба №15695/11, Есуев против России

186.  Заявитель не представил никаких требований в связи с этим.

В.  Правительство

187.  Правительство утверждало, в отношении всех дел, что требования заявителей о возмещении материального ущерба являлись необоснованными. Что касается морального вреда, то требования заявителей являлись чрезмерными, и признание факта нарушения Конвенции представляет собой достаточную компенсацию.

188.  Правительство в отношении каждого дела утверждало, что требования заявителей являются необоснованными, поскольку не было продемонстрировано, что расходы фактически имели место. Оно также отметило, что жалобы и ответы на Меморандум, поданные представителями заявителей, были аналогичны друг другу, и поэтому время и усилия, потраченные на их подготовку, не соответствовали тем издержкам и расходам, которых они требовали.

С.  Оценка Суда

189.  Суд повторяет, что должна быть ясная причинно-следственная связь между ущербом, понесенным заявителями и нарушением Конвенции, которая может, в соответствующем случае, быть основанием для присуждения справедливой материальной компенсации, в том числе и за потерю заработка. Суд также находит, что потеря заработка может быть отнесена на счет близких родственников пропавших людей, в том числе супругов, престарелых родителей и малолетних детей (см. среди прочего дело Imakayeva, упомянутое выше, § 213). 

190.  Во всех случаях нарушения Конвенции Суд признает, что заявителям был причинен моральный ущерб, который не может быть компенсирован простым признанием факта нарушений и назначает финансовую компенсацию.

191.  Что касается расходов и издержек, то Суду, во-первых, предстоит установить, действительно ли имели место указанные представителями расходы и, во-вторых, являлись ли они необходимыми (см. McCann и Others v. the United Kingdom, 27 сентября 1995, § 220, Series A №324, иFadeyeva v. Russia, №55723/00, § 147, ECHR 2005‑IV).

192.  Принимая во внимание сделанные выводы, вышеуказанные принципы и доводы сторон, Суд присуждает заявителям компенсации, в размерах, о которых подробно говорится в Приложении II, плюс любые налоги, которые могут быть начислены на эти суммы. Суммы компенсации за расходы и издержки должны быть выплачены представителям на банковские счета, указанные заявителями.

D.  Выплата процентов

193.  Суд считает, что сумма процентов должна рассчитываться на основе предельной процентной ставки Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процентных пункта.

ПО ЭТИМ ПРИЧИНАМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1. Решает объединить жалобы;

2. Отклоняет возражение Правительства относительно права на подачу жалобы (locus standi) в связи с делом Батариева против России (№63535/10);

3. Решает объединить с рассмотрением по существу возражение Правительства в связи с применимостью Статьи 2 Конвенции и отклоняет его;

4. Объявляет жалобы по Статьям 2, 3, 5 и 13 приемлемыми, и объявляет оставшуюся часть жалобы неприемлемой;

5. Постановляет, что имеет место нарушение Статьи 2 Конвенции в ее материальной части в отношении родственников заявителей: Исы Микиева, Артура Ибрагимова, Рамзана Шаипова, Зелимхана Батариева и Мансура Есуева;

6. Постановляет, что имеет место нарушение Статьи 2 Конвенции в ее процессуальной части в связи с непроведением эффективного расследования обстоятельств исчезновения и смерти родственников заявителей;

7. Постановляет,что имеет место нарушение Статьи 3 Конвенции в отношении заявителей в связи с перенесенными ими страданиями по причине исчезновения их родственников и равнодушия властей к их жалобам;

8. Постановляет, что имеет место нарушение Статьи 5 Конвенции в отношении незаконного задержания родственников заявителей;

9. Постановляет, что имеет место нарушение Статьи 13 Конвенции в связи со Статьями 2 и 3 Конвенции;

10. Постановляет

(а)  что государство-ответчик должно выплатить заявителям (в отношении жалобы №63535/10 – Бекхану Батариеву) в трехмесячный срок, начиная с даты, на которую решение Суда станет окончательным, в соответствии со Статьей 44 § 2 Конвенции, суммы, указанные в Приложении II, плюс любые налоги, которые могут подлежать уплате с этих сумм; конвертируемые в российских рублях по курсу на дату выплаты. Что касается возмещения расходов и издержек, понесенных представителями заявителей, то они должны быть выплачены на банковские счета представителей, указанные заявителями; платежи должны быть осуществлены в евро для заявителей, которых представляет НПО «Правовая инициатива по России», и в российских рублях для тех, кого представлял г-н Д. Ицлаев;

(b)  что со дня истечения вышеуказанных трех месяцев до даты оплаты на означенные суммы будут начисляться простые проценты в размере предельной процентной ставки Европейского центрального банка на период неуплаты плюс три процентных пункта;

11. Отклоняет оставшуюся часть требований заявителей о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке с направлением письменного уведомления 30 января 2014 г., в соответствии с Правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Серен Нильсен, Секретарь Секции

Изабелль Берро-Лефевр, Председатель



ПРИЛОЖЕНИЕ I

Краткая информация по каждой жалобе

 

Жалоба, номер, дата подачи в ЕСПЧ

Заявители:

семейное родство, дата рождение, место жительства

Личные данные пропавших, дата и место похищения

Расследование

1.                    

61536/08

Микиева и Менчаева против России

9 декабря 2008 г.

(1) Хеди Микиева (1981), дочь, Ца-Ведено, Чечня

(1) Любовь Менчаева (1961), жена, там же

(1) Иса Микиев (1955), похищен из дома 3 мая 2001 г.  около 7 часов утра, Ца-Ведено, Веденский р-н, Чечня

25 ноября 2001 г. прокуратура Введенского района возбудила уголовное дело №37061.

2.                     

6647/09

Ибрагимова против России

23 января 2009

(1) Деши Ибрагимова (1947), тетя, Шали, Шалинский район, Чечня

(1) Артур Ибрагимов (1983), похищен 16 июля 2003 г. в 17 часов

28 июля 2003 г. прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело №22109.

3.                     

6659/09

Айшат Косумова и другие против России

30 декабря 2008

(1) Айшат Косумова (1981), жена, Чири-Юрт, Шалинский район, Грозный, Чечня

(2) Ислам Шаипов (2001), сын, там же

(3) Рахман Шаипов (2002), сын, там же

(4) Дени Шаипов (2004), сын, там же

(1) Рамзан Шаипов (также пишется ШОИПОВ) (1974) был похищен в ночь с 8 на 9 мая 2004 г., Чири-Юрт

21 мая 2004 г. прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело №36046. 4 мая 2006 г.

4.                     

63535/10

Батариева против России

28 октября 2010

(1) Роза Батариева (1960), мать, Урус-Мартан, Урус-Мартановский район, Чечня

(1) Зелимхан Батариев (1982) похищен из квартиры 4 мая 2001 г., ночью, Грозный, Чеченская Республика

31 июля 2002 г. прокуратура г. Грозного возбудила уголовное дело №50113.

5.                     

15695/11

Есуев против России

7 февраля 2011

(1) Батыр Есуев (1952), отец, Верхний Герзел, Гудермесский район, Чечня

(1) Мансур Есуев (1980) похищен из дома в селе Верхний Герзел, 11 января 2003 г. около 4 часов утра

6 ноября 2003 г. прокуратура Гудермесского района возбудила уголовное дело  №32133

 

ПРИЛОЖЕНИЕ II

Суммы компенсаций, присужденных Судом по Статье 41 Конвенции

 

Жалоба

Представители

Материальный ущерб

Моральный ущерб

Расходы и издержки

1

61536/08

Микиева и Менчаева против России

«Правовая инициатива» / «Астрея»

EUR 2,000 (две тысячи  евро)

первой заявительнице;

EUR 7,000 (семь тысяч евро)

второй заявительнице

EUR 60,000 (шестьдесят тысяч евро) заявителям совместно

EUR 2,500 (две тысячи пятьсот евро)

2

6647/09

Ибрагимова против России

«Правовая инициатива» / «Астрея»

-

EUR 60,000 (шестьдесят тысяч евро)

EUR 2,500 (две тысячи пятьсот евро)

3

6659/09

Айшат Косумова и другие против России

Докка Ицлаев, адвокат практикующий в Грозном, Чеченская Республика

EUR 25,000 (двадцать пять тысяч евро) заявителям совместно

EUR 60,000 (шестьдесят тысяч евро) заявителям совместно

EUR 2,500 (две тысячи пятьсот евро)

4

63535/10

Батариева против России

Докка Ицлаев, адвокат практикующий в Грозном, Чеченская Республика

-

EUR 60,000 (шестьдесят тысяч евро)

EUR 2,500 (две тысячи пятьсот евро)

5

15695/11

Есуев против России

Магомед Магомедов, адвокат, практикующий в Хасавюрте, Дагестан

-

EUR 23,000 (двадцать три тысячи евро)

-



 


Возврат к списку